Подпевалы Дживары ощетинились оружием, но так и не сдвинулись с места: от мечника повеяло демонической аурой. Забуза-сан схватил безбашенного бандита за шкирку и поднял, отчего Дживара захрипел, не в силах нормально вздохнуть. Он попытался ослабить хватку, но тщетно. Хаку раздраженно поджал губы — сначала троица растревожила старые раны, а Дживара вывел Забузу окончательно.
Безмозглый идиот.
— Забуза-сан?
— Мы подзадержались в этой стране, Хаку. Думаю, стоит отправить Гато наш ответ.
Над лесом из-за жуткого крика с веток сорвались потревоженные птицы, но он тут же моментально оборвался. Густой туман полностью скрыл хлипкий дом, не позволяя ничего рассмотреть.
В полумраке звучала тихая мелодия. На полу посередине комнаты сидела девушка и играла на сямисэне. Ее длинные черные волосы были собраны в сложную прическу; на беленом лице особенно выделялись алые губы.
Гато перевел взгляд ниже и остановил его на вырезе кимоно. Бежевая ткань с цветами сакуры только подчеркивала фигуру и выпуклости. Он с ухмылкой пригубил из очоко теплое саке и резко поставил чашу на столик.
Девушка вздрогнула от резкого звука. Сямисэн издал скрипучий грубый звук, нарушив мелодию.
— Подойди, — раздался властный приказ. Не дождавшись моментальной реакции, Гато нетерпеливо прикрикнул: — Мне повторить?!
Девушка поклонилась и чуть дрожащими руками отложила инструмент в сторону. Не смея поднимать на него свой взгляд, мелкими шажками быстро приблизилась.
Тишина была нарушена тихим писком из-за боли, когда Гато грубо вцепился пальцами в тонкое запястье и резко дернул, усадив девушку себе на колени.
Шорох ткани, прикушенные губы на девичьем лице. Грубые пальцы впиваются в нежную кожу, оставляя красные следы. Под похотливое сопение девушка отвернулась, пытаясь скрыть бурю отразившихся на лице негативных чувств. В уголках глаз собрались слезы и скатились вниз по щеке.
Помимо тяжелого дыхания мужчины раздались приглушенные шаги за дверью, с каждой секундой обретая четкость. Входная дверь с грохотом отворилась и ударилась об стену, заставив увлекшегося Гато вздрогнуть и вскинуть голову.
— Гато-сама, он всех убил!
— Что?!
— Ай, — пискнула девушка, когда Гато резко вскочил и откинул ее от себя. Она постаралась побыстрее спрятать прелести от посторонних глаз, запахнув кимоно, и отползла подальше.
— Где Дживара?.. Пошла прочь!
Девушке не нужно было повторять дважды. Она моментально подорвалась с места и пробежала мимо покачивающегося охранника. Она не сразу его узнала. Кусаби сейчас еле стоял на ногах и тяжело дышал. Его лицо и одежда были в мелких брызгах крови — больше она ничего не успела рассмотреть.
— Вот…
Только сейчас Гато обратил внимание на большой отрез ткани, что держал подчиненный. Один край из-за рывка выскользнул из окровавленных пальцев и на деревянный пол шмякнулась отрезанная голова. Прокатившись немного вперед и оставляя за собой красные разводы, она остановилась — на Гато взирали стеклянные глаза его помощника Дживара. Лицо застыло в гримасе ужаса и удивления, вывалившийся из открытого рта язык свисал набок.
— Забу-у-уза! — Гато пнул лежащий рядом с ним на полу сямисен так, что тот при ударе об стену издал жалобный звук. Сам Гато зашипел от боли и схватился за отбитые пальцы на ноге. — У-у-у!.. Где он?!
— Я не знаю, — залепетал Кусаби, продолжая дрожать всем телом. — Он просто всех обезглавил, а мне приказал отнести вам сверток с башкой Дживара. Он что-то говорил о том, что не собирается ради грошей сражаться с шиноби Конохи.
— Вот тварь!.. Пошел прочь. Нет! Позови мне Зори или Вараджи.
Кусаби мелко закивал и попятился, когда у самых дверей его не остановил визг Гато:
— Голову забери, идиот!
Не дожидаясь, когда подчиненный выполнит приказ и за ним закроется дверь, Гато подошел к столу и попытался налить саке в очоко. Из-за чуть трясущихся рук желтоватая жидкость не всегда попадала в чашу и разливалась по столу. Гато раздраженно рыкнул и, не обращая больше внимания на посуда, пригубил с бутыли. Он пил остывшее саке жадными глотками, часть проливалась мимо и стекала по толстым щекам вниз, пачкая распахнутую рубашку.
Отрыгнув, он кинул бутылку на пол — та со звоном упала и покатилась, чудом не разбившись при падении.
Раздраженно ругаясь себе под нос, Гато принялся наматывать круги по комнате. Иногда, помимо ругательств, можно было расслышать упоминание «гаденыша», «идиотов», «старик» и «пьяница». Наконец, раздался стук в дверь и в комнату нерешительно заглянул один из его телохранителей — Зори.
— Почему так долго? Неважно! Что там слышно о группе нукенинов?
— Они приняли ваше предложение, Гато-сама. Будут тут через пару дней, как закончат свои дела.
Дыхание Гато выровнялось, плечи расправились, выпячивая вперед круглое пузо. На лице отразился хищный оскал.
