«Значит не Тяжельников» — подумал я. — «Неужели и правда только из-за песни?»
— Так в чем нужда-то?
— Готовим новую программу. Там много лирики и я подумала, что может быть вы сможете дать нам что-то энергичное. Вы же такое умеете?
Она смотрела на нас как взрослый, успешный человек смотрит на детей. Это, конечно же, был не «развод», но и на равнозначное сотрудничество тоже не походило. Мы переглянулись. Ну-ну….
— Вы вовремя, — сказал Сергей. — Мы вот только-только песню написали… Слова пока не все. Вы помните слова у нас наш поэт пишет, но основу можем вам показать…
— Я думаю, вы оцените… — поддержал я товарища. Я поискал глазами Семена.
— Семен! Помнишь, что вчера играли?
И мы дали…
Гости послушали. Алла Борисовна попросила сыграть еще раз. Видно было, что она «примеряет» песню на себя, как новое платье. Подойдет? Не подойдет? Потом сама вышла на сцену и взяла листочек со словами.
— Хотите сами? Пробуйте.
Семен начал вступление, и мы подключились. Эти два куплета и припев мы повторили раза три и только тогда Пугачева остановилась.
Она почувствовала песню, раскраснелась. Как человек музыкально образованный, она уже видела аранжировку, понимала, что может получиться из песни при правильном обращении.
— Ну так что? Качественный продукт? Берете?
Ответ быстрый, легкий, из глубины души.
— Да!
Я побарабанил пальцами по столу, обозначая глубокую задумчивость. Вздохнул — тяжело принимать такое решение.
— Хорошо. Песня будет вашей… Но у нас будет встречная просьба.
— Пожалуйста.
— Вы введёте нас в московскую музыкальную тусовку.
Певица вопросительно наклонила голову.
— Что, простите?
— За языком следи, — прошептал в спину Сергей и я тут же поправился.
— В круг московских музыкантов, в круг ваших знакомых. Годится?
Алла Борисовна мило улыбнулась.
— Хорошо.
— Кстати совет. Тут можно не только петь. Но и играть… В конце как-нибудь вот так сделайте…
Сергей растопырил пятерню и поднял её над затылком, то ли пародируя, то ли обозначая королевскую корону. Этот пугачевский жест из прошлой жизни он хорошо вспомнил…
— Публике это понравится. Будет весело и красиво….
Она кивнула.
— Когда песня будет готова?
Я прикинул сроки.
— Примерно недели через две.
— Так долго? — она помрачнела. — А раньше? Раньше никак нельзя?
Я с сожалением развел руками.
— Наш поэт тоже копает картошку, только в другом районе Подмосковья. А связи у нас с ним нет.
— Да, — поддакнул Сергей. — Времена нынче не те.
— Адрес у нас есть, но сами понимаете сколько дней пойдет письмо туда и сколько обратно… Да и наша «ссылка» — я с улыбкой посмотрел на Михаил Николаевича, — заканчивается только через неделю… Так что никак.
Певица повернулась к Михаил Николаевичу.
— А вы не могли бы отпустить этих замечательных студентов домой пораньше?
Замдекана не успел ничего ответить, как певица добавила:
— Готова пообещать, что не буду есть картошку в течении двух недель…
Наш «хозяин» улыбнулся в ответ.
— Это слишком большая жертва. Не стоит нарушать режим питания… А ребят я отпущу. Им и в Институте у нас работа найдется.
Он посмотрел на нас.
— Собирайтесь. Мы подбросим вас до Москвы… А завтра — в деканат.
— С вашего разрешения — в понедельник, иначе мы не сможем выполнить обещание Алле Борисовне…
Я поклонился певице.
— Тогда дня через четыре…
Потом повернулся к замдекана и объяснил.
— Завтра пятница… Завтра мы поедем искать нашего товарища, что учится в МИИТе, а уж когда найдем…
— Хорошо. Согласен.
Вечером мы уже были в Москве и весь вечер четверга прошел в поисках бумажки, на которой я записал адрес Никитиного совхоза. Разумеется, я её не нашел, так что утром я пошел искать её к Володину. Там её также не оказалось, что вообще-то было не удивительно — бумажка, потерянная в одной квартире, вряд ли найдется другой, тем более если эта квартира находится двумя этажами выше.
— Ну и что будем делать?
— Включим логику… Кто-то же знает куда увозят студентов МИИТа выковыривать овощи из земли?
Я молча согласился с товарищем.
— Значит нам осталось только понять кто этот человек и связался с ним!
— Диалог как из КВНа. Ты представляешь, как его найти?
— Без Интернета? Легко!
Сергей снял с полки телефонный справочник и зашелестел страницами. Пожалуй, он прав. Простые решение, они самые верные.
— Вот он МИИТ… Как на ладони. Сейчас всех найдем и обезвредим.
Приживая ладонью непослушные страницы он другой рукой закрутил диск телефона. С жужжанием цифры слетали с кончика указательного пальца и по проводам устремлялись в сторону телефонной станции. Разумеется, трубку в институте сняли, но сведений о том куда отправили первокурсников инженерно-экономического факультета мы не получили. Вместо них мы получили еще один номер телефона.
И все завертелось…
Я слушал как Сергей обхаживает сотрудников института, скорее всего секретарш, и понимал, что идя такой дорогой мы ни к чему путному не придем. Пару раз, когда нам давали уже знакомые телефоны, и путь превращался в кольцо, но он умудрялся выскальзывать из него. В конце концов мы получили-таки вроде бы нужный номер, но… Тут мы уперлись в стену.
