— Представляете… Мы ведем политическую дискуссию и тут…
Он задержался.
— Со звоном разлетается окно и … Взрыв! Вспышка, грохот от которого уши заложило.
— И только мы опомнились как видим, что в разбитые окна влетают такие вот добры-молодцы в зашнурованных берцах…
Никита, разведя руки в стороны, показал ширину плеч у десантников.
— В чем?
— Ну сапоги такие армейские со шнуровкой… И прямо на моих глазах ближайшему террористу с разворота. Ногой…
— Маваши-гири…
— Чем? Гирей?
— Это удар так называется. Ногой. В голову…
— В прыжке…
— С разворота…
Я представил, как это все смотрелось бы в китайском боевике и добавил:
— Одной рукой он выхватил пистолет, а другой — два других… и та-та-та-та-та…
Я изобразил автоматную очередь.
Андрей Васильевич внимательно слушай все это в этом месте засмеялся. По-моему, только он сообразил, что мы шутим. Мы присоединились к нему. Отсмеявшись, я объяснил:
— Девушки! Поверьте, нам там было не до наблюдений. Нас быстро-быстро вывели оттуда, а террористов повязали уже чуть позже. Так что придумать как там было мы можем, а вот рассказать, что произошло на самом деле — увы нет.
Я взял себе новый кусок торта.
Журналисты поняли, что говорить об этом мы не хотим и информации из первых рук им не дождаться и перешли к иным темам.
— А новые песни у вас там сочинялись?
— Конечно.
— Сыграете?
Я оглянулся. Гитары не нашел.
— А есть на чем?
Из соседней комнаты принесли инструмент.
— Мы там несколько песен сделали. Одну вот Андрей Васильевич недавно вспоминал… А вот еще одну никто еще не слышал. Грустная песня, — объявил я, вытирая пальцы от крема. — Мы её написали в последний день Фестиваля, когда уже все было уложено, сразу перед отъездом. Никита замечательные стихи написал.
Никита и Сергей смотрели на меня с невозмутимым видом, словно знали, что я собираюсь сейчас исполнить.
Простите «Цветы» и лично Стас Намин. Умыкну я песенку. В нашем мире она появилась в самом конце 70-х, но и в середине тоже приживется. Если уж «Отель „Калифорнию“» люди приняли, то и это примут.
— Хорошая песня, — одобрили все, когда я закончил. — Сами петь станете или кому-то передадите?
— Сами, конечно. Может так в газете и написать…
Отставив чашку в сторону Никита почувствовал момент подходящим и выдал домашнюю заготовку.
— И, кстати, почему бы вам не завести специальную рубрику про музыкальные новинки? И назвать… — Никита оглянулся на нас, подмигнул. — «Звуковая дорожка»?
— И чем она будет заниматься?
Андрей Васильевич смотрел, чтоб крошки не упали ему на брюки.
— Как и вся газета — воспитывать молодежь. Выставлять перед ними верные ориентиры, ну и информировать что там интересного происходит в мире музыки как в СССР, так и в целом на планете.
— Ведь с музыкой — как и с армией, — поддержал его Сергей.
— Интересная мысль.
Справившись с тортом, журналист повернулся к нему.
— Это какую же вы связь видите между армией и музыкой? Ну, кроме военного оркестра.
— Помните, Наполеон как-то сказал: «Тот, кто не желает кормить свою армию, будет кормить чужую»? Вот и тут точно также. Если комсомол не будет воспитывать наших музыкантов, то их станет воспитывать кто-то чужой.
Я хотел добавить «Вроде Севы Новгородцева», но сдержался в последний момент — вдруг его заинтересует откуда, моя информированность о радиовещании ВВС? Объясняйся потом…
Прищурившись, он уточнил.
— Типа, «Даёшь советских битлов»?
Я не поддался на провокацию.
— Скорее, «Давай побольше той музыки, которая нравится молодежи» … Можно «Веселых ребят», «Цветов», Всяких разных «Гитар…». Ну и битлов тоже — куда ж без них? Если мы будем мирно сосуществовать с миром Капитала и соревноваться с ним, то почему бы не посоревноваться и на поприще поп-музыки? Балет наш в мире знают, цирк тоже… Оперу! А что не так с эстрадой? Пропаганда нужна, продвижение и поддержка…
Никита увидел подходящий момент и продолжил:
— Вот, кстати, возвращаясь к Фестивалю… Там ведь столько хороших музыкантов из соцстран выступало! Столько хорошей музыки было! Почему бы нашу советскую молодёжь с ней не познакомить? Мы товарищу Тяжельникову об этом говорили, но он как-то упустил это.
— Дела, наверное, заедают или забыл.
— Так вот может быть вы ему через газету и напомните, что хорошая популярная молодежная музыка существует не только на Западе, что мы можем не только в космосе быть первыми, но и на эстраде.
Андрей Васильевич кивал, но как-то без энтузиазма.
— Да не только в музыке… Вот смотрите. В Западной Европе есть целый пласт литературы о рыцарях короля Артура. На Востоке есть свое — «Сказки 1000 и 1 ночи»… А чем мы хуже? Почему нам не создать новый центр легендаристики опираясь на отечественную историю? Почему двор короля Артура людям во по всему мира интересен и о приключения его рыцарей читаются во всем мире, почему и нам не создать что-то подобное?
Я говорил и точно знал, что говорю правду. Все это будет со временем, придет. И «Гардемарины», и книги Никитинской серии «Княжеский мир». Все это уже есть или будет…
