— Погодите. Есть же наши былины, — пода голос кто-то из девушек. Я отмахнулся.
— Да сколько этих былин? Да и насколько они интересны современному человеку? Нет, не былины тут нужны, а нормальные приключенческие романы. Что-то вроде «Трех мушкетеров», но на нашем материале. Есть у нас былинный Киев — мать городов русских, есть князь Владимир, есть богатыри… Нечисти всякой в лесах хватало — лешие, Кощеи, разбойники. Чем не поле для героической деятельности?
— Ага. Даже свой дракон есть — Змей Горыныч…
— Ну, где один, там и другой. Должен же он как-то размножаться?
Чаепитие потихоньку превратилось в дискуссионный клуб. Андрей Васильевич посмотрел на часы. Рабочий день приближался к концу, и он подвел дискуссии итог:
— Ну, с такими разговорами надо к товарищу Суслову идти или к товарищу Фурцевой.
— Надо. Может быть вместе и сходим? Мы эту проблему видим, а если и газета эту тему поднимет, то от этого только польза будет!
Жизнь покатилась прежней колеёй.
Решение для себя мы приняли — учимся, играем, освобождаем память, тащим из неё на белый свет хорошую музыку. Если правящей элите наши предсказания не нужны, то значит не нужны. Придется смотреть как страна несется в тар-тартары и устраиваться в этом несущемся под уклон вагоне поудобнее. А когда все это случится… Наша готовность должна быть не только моральной, но и финансовой. Надо зарабатывать деньги и вкладывать их в то, что не потеряет своей ценности.
В начале декабря позвонили из фирмы «Мелодия», а потом из Агентства по авторским правам и попросили приехать. Мы слегка напряглись. Все-таки не было у нас уверенности, что взятая нами у Пахмутовой и Добронравова песня про комсомол еще и впрямь не написана, но повод оказался более приятным.
Оказалось, что оркестр под управлением Поля Мориа записывает на «Мелодии» пластинку и сам руководитель оркестра захотел поместить на неё несколько местных мелодий. Выбор пал на наши песни.
— А что они для себя присмотрели?
— «Отель „Одиночество“», и «Ты меня на рассвете разбудишь…»
Каждый из нас представлял, что французы сумеют сделать с нашими мелодиями. Одно дело — три инструмента и совсем другое — оркестр, в котором только скрипачей больше, чем струн на моей гитаре.
— Хороший выбор, — между прочим одобрил решение французов Никита. — Там есть над чем поработать…
— Вам надо будет подъехать к нам и уладить формальности.
— Куда?
Там продиктовали адрес.
— Хорошо. Будем.
Никита положил трубку, но от телефона не отошел, а задумался. Потом тряхнул головой и сказал:
— Есть повод пнуть Систему так, чтоб до Тяжельникова долетело.
— Каким образом?
— Пресса, — коротко объяснил Кузнецов и закрутил диск телефона. Мы с Сергеем переглянулись.
— Надеюсь, что он знает, что делает…
Я пожал плечами.
— Обычно так и происходит…
Никита в ответ любезно оскалился.
— Андрей Васильевич? Добрый день.
Наш поэт расплылся в улыбке.
— Вы там вроде бы о нас статью планировали писать? Не передумали?
Он чуть отодвинул трубку от уха, чтоб и мы услышали разговор.
— Да. Есть такое задание.
— Так вот дополнительная информация вам. Так сказать, новая краска в вашу палитру. У нас на фирме «Мелодия» планируется выпуск пластинки оркестра Поля Мориа и французы планируют использовать две наших песни.
— Поздравляю! Это было неожиданно?
— А то!
— У меня для вас такая неожиданность припасена, только я хочу вам его прямо в глаза высказать. Можете сейчас в редакцию подъехать?
— Сможем.
Никита положил трубку.
— Он просит нас приехать в редакцию.
— Вот приедем. А нам руки за спины… — сказал Сергей. Я с ним не согласился.
— Для этого и приглашать нас никого не нужно.
— Да это я так… Шучу… Поедем?
— А куда деваться. «Попала собака в колесо — пищи, да беги»…
Через час мы уже входили в кабинет.
Новость, которая нас поджидала, была не только неожиданная, но и приятная.
— Есть решение направить вас на телепередачу «Алло мы ищем таланты».
— Чье решение?
— Горкома комсомола.
— Неожиданно, — подумав сказал Никита. Мы вообще ничего не сказали. Действительно все это было не только неожиданно, но и приятно. Выход на телевидение — это ведь для нас новый уровень. Качественный переход. Это — хороший пинок для нашего авторитета. Люди нас слушали, а вот теперь пусть и посмотрят. А при том дефиците музыкальных зрелищ в стране смотреть передачу будет вся молодежь СССР!
— Справитесь?
— Справимся, — уверенно ответил Сергей. — Сколько там песен нужно?
— По регламенту две… Но, сами понимаете, все надо будет заранее согласовать.
— Понимаем. Не маленькие.
Солидности в Никитином голосе было не прибавить, ни убавить.
— Сейчас решить сможете что станете петь?
— Момент.
Никита повернулся к нам.
— Предложения есть?
Сергей высказался первым.
— Давай одну совсем новую. А вторую — политически верную!
Про вторую мы все поняли верно.
— Политически верную это «И вновь продолжается бой…»? — спросил я. — Пожалуй… Годится. Её еще мало кто слышал, так что реакция будет нужный.
