Солдат приблизился к источнику вони по запаху, а правой рукой он, как слепой ощупывал стену, пока его нога не ударила что-то стеклянное. Пошарившись в темноте, пальцы ухватили керосинку, в которой все ещё болталось немного горючего. Оранжевая искорка чиркнула и тьма расступилась, обнажая скрытый в ней труп мужчины. Лица нельзя было различить, пальцы уже разложились до костей, одежда истлела. Андрей был не в состоянии даже ругнуться. Он бессознательно пялился на тело, порой как кошка смотрит в угол. Перед глазами мелькало все произошедшее за последние сутки. Перестрелка, взрыв, десятки смертей, безумный марафон, вспышки от ранений и травм. Все смешалось в взрывоопасную смесь, к которой не было фитиля. Выразить свой гнев и боль Андрей не мог, так же как и не мог дышать, когда упал. Но он просто провалился в безвременье, пялясь на труп. «Все напрасно».
Черт его знает, сколько бы он ещё простоял, если бы свет керосинки не указал на дверь, ведущую из помещения. Лишенный всякой надежды, солдат открыл ее. Не без труда, ведь ее подпирал ещё один труп. Внутрь хлынула вода, став ему уже по голень. Его снова трясло, и от холода, и от напряжения из-за чего свет дёргался. И в этом дребезжащим сиянии он увидел затопленное убежище и сотни всплывших тел. С потолка подземелья капала вода, так же как с потолка небесного. Стены были исписаны в темных подтеках, а трупы обезображены водой. На месте лиц- сгнившее месиво с проступающим черепом, голые челюсти с разрушенными зубами, лопнувшие язвы, содержимое которых плавало рядом с телами.
Река затопила не только весь город, но и его подземелья. Система очистки не справилась, вода заражённая, генераторы накрылись, а с ними и воздухоочистители. Может ещё и продовольственные склады смыло…
Голод, лучевая болезнь или утопление. Лотерея без проигравших.
Ноги подкосились и Андрей, так же сгорбившись, присел в холодную воду, облокотившись спиной об стену. Все также тошнило. Сквозь сомкнутые усталостью глаза струились слёзы. Тело дрожало, холод прокалывал его насквозь, а ноющая боль в спине уничтожала последние нервы. Чувство вины и крушение всех его смутных надежд финальным штурмом взяло его сознание.
Только Андрей открыл покрасневшие глаза, он увидел стоящего перед ним изрешеченного Костяна, с выбитым левым глазом. Вдалеке, бултыхаясь в воде, к нему полз Витька, ведя за собой остальных мертвецов. Костян опустил свою ледяную, одеревеневшую ладонь с простреленным запястьем ему на лоб.
– Давай к нам.– Услышал Андрей загробный, еле ворочающий языком голос Костяна. В ответ Андрей истерически рассмеялся, не обращая внимания на боль по всему телу. Мертвецы в воде окружали его, тянули к нему сгнившие культи.
– И чего ты добился?– Спросил Костян, убрав руку с его лба.– Мы погибли , пойдя за тобой. Мы были обречены и ты тоже. Мне повезло, умер почти сразу. Витька промучился немного, а вот ты…– Истерический хохот раздавался по всему комплексу жутким эхом.
Дрожащими руками солдат снял с плеча автомат. Непослушными пальцами убрал предохранитель. Истерический хохот стих и Андрей просто дрожал всем своим существом. Прохладное, металлическое дуло уткнулись в лоб. Большой палец правой руки не с первого раза нащупал спусковой крючок. Вдох, выдох. Вдох выдох. Вдох и на выдохе по убежищу разлетелся грохот одиночного выстрела. Тело Андрея свалилась в воду. Минута и все звуки стихли. Лишь керосинка горела во тьме, пока на рассвете не кончилось топливо.
КОНЕЦ.
