– Это все? – Глушков с интересом посмотрел на Людмилу Юрьевну.
– Да, больше мне нечего сказать, – она решительно отошла в сторону. – Если у вас осталось желание продолжать копаться в чужом грязном белье, то почему бы вам не поговорить с самим Валерием Алексеевичем?
– Всему свое время, – Глушков перевел взгляд на молоденькую продавщицу. – А вы что можете мне рассказать о Марине Борисовне.
– Я? – Алена была удивлена, – я ее практически не знала. Я проработала с ней меньше года и то уже не здесь, а в новом магазине, куда ее шеф перевел с понижением.
– С понижением? И чем же была вызвана такая немилость?
– Ну, это ни для кого не секрет, – Алена покосилась в сторону Кирсановой и слегка покраснела под ее неодобрительным взглядом. – Они с шефом занимались закупкой запчастей для иномарок, ну и прикупили «левую» партию, довольно крупную, вместе с компаньоном нашего шефа. Покупку и дальнейшие продажи решили вести в обход кассы и налоговой инспекции, но аферка раскрылась – начальство денежку не поделило – и Марину затаскали по мили… то есть полициям и налоговым. Дело завели. Захарченко ее быстренько из бухгалтеров убрал и перевел простым продавцом в новый магазин. Штраф им присудили не слабый, а вскоре Марина уволилась и уехала. Так полиция ею еще долго интересовалась, даже после отъезда все справки о ней наводили, – Алена потупила взгляд, – скорее всего, она и уехать решила от позора. Начальству что – они отстегнули кому надо и все, а ей бы туго пришлось, все финансы через нее шли, она много чего такого проводила и много чего могла знать. Все.
– Все? – Глушков с улыбкой посмотрел на девушку. Она снова покраснела и опустила пушистые ресницы.
– Да, – почти прошептала она, – больше я ничего не знаю.
– Ну что ж, – Глушков поднялся со стула и положил перед женщинами заполненные бланки протокола, – прошу вас прочитать и в конце страниц поставить дату, подпись. Читайте внимательно, что бы потом не возникло недоразумений.
Женщины молча подписали предложенные им бумаги.
– На всякий случай, вдруг вспомните еще что-нибудь интересное, – Никита протянул продавщицам визитные карточки со своими координатами.
– До свидания, – он направился к двери.
– Прощайте, – послышался вслед твердый голос Кирсановой.
– Ты с ума сошла, что ли? Кто тебя тянул за язык? Зачем ты рассказала про эту аферу с запчастями? – Людмила Кирсанова набросилась с упреками на свою напарницу, едва за полицейским закрылась дверь. Алена совсем поникла и готова была расплакаться.
– Я думала, что это важно, – лепетала она.
– Она думала! Ты понимаешь, что своей болтовней ты можешь навредить Марине. Видишь, копают что-то. Может быть, опять какой-то ухарь решил ее подставить, а сейчас всплывет, что у нее были неприятности с законом и закроют девчонку, а у нее дети! – Кирсанова вдруг резко замолчала, увидев, что Алена совсем расклеилась. – Ладно, я понимаю, что ты не со зла, успокойся, – она подошла к девушке, – иди в подсобку, сполосни лицо холодной водой, еще больше трех часов работать, не дело это, если ты сейчас впадешь в истерику.
Алена послушно вышла из торгового зала, а Кирсанова вытащила из-под прилавка мобильный телефон.
– Валерий Алексеевич? Это Людмила. Что-то случилось с Мариной Терехиной, по ее душу снова приходили из полиции, паренек этот к вам собирался для беседы, – она замолчала, слушая речь собеседника. – Нет, он не из налоговой, точно… Спрашивал чисто о Марине, о ее личной жизни… Хорошо, Валерий Алексеевич, я поняла. До свидания.
Она положила трубку, посидела несколько минут и снова набрала номер.
– Алло, здравствуйте. Могу я поговорить с Мариной? Это ее бывшая коллега из Междугорска, Люда Кирсанова, – короткие гудки в телефонной трубке не могли заглушить страшных слов, жужжавших в голове назойливой мухой: «Нет больше нашей Мариночки». Людмила опустилась на стул и словно сквозь вату услышала звон дверного колокольчика. Вошел покупатель, но она не могла сдвинуться с места.
Никита Глушков шел по запутанным коридорам бывшей автобазы в поисках Валерия Захарченко. Какие-то конторки кругом, кабинетики, подсобочки. Занесло же господина Захарченко на эти задворки. Не мог себе кабинет оборудовать поближе к магазину, что ли? Еще один проход, один пролет… Ага, вот и нужная дверь. Глушков постучал.
– Войдите, – в небольшом уютном кабинете сидел мужчина средних лет, приятной внешности. Он что-то сосредоточенно выискивал в ноутбуке и жестом пригласил Никиту присесть. – Извините, я буквально сейчас закончу, срочно надо ответить по электронной почте, завтра приезжает очень важный для нас оптовик, надо обговорить время и место…
