– Как говорится, я тот самый купец, который прибыл за вашим товаром. Принято с родителями, но я решил обойтись своими силами, тем более, что знакомить вас не надо. Порешаем вопрос, тогда и соберемся на совместные посиделки где-нибудь в кафе, – близняшки захихикали, ситуация им напоминала романтическое кино и очень нравилась, – дорогая тетя Люда, моя будущая мама жены, я прошу у вас благословения. Мы с Леночкой любим друг друга, уже давно, вы же знаете, она из армии меня ждала, верная моя девочка. Так вот. Мы любим друг друга и решили завтра подать заявление в ЗАГС. Благословите нас, пожелайте нам счастья и добра, – он торжественно встал и подал Елене руку. Она поднялась и встала рядом с ним. Губы Лены улыбались, но лицо стало бледным, а пальцы холодными. Девушка заметно нервничала.
– Дети мои, – Людмила тоже поднялась, – я мать, мать, которая безумно любит своих дочерей. Вот и Леночку я растила в нежности и холе. Да, дети растут, строят свои семьи. Я рада, что вы проверили свои чувства и временем, и расстоянием, и не растеряли их. Пусть пройдет еще много лет, а вы, когда вспомните эти минуты, поймете, что не зря прошли свой путь вместе. Я благословляю вас, дорогие мои, любите и берегите друг друга, храните свой очаг и будьте счастливы, – она подошла к молодым, обняла их и расцеловала. – Добро пожаловать в нашу семью, сынок!
Все заметно оживились, Сергей, на правах единственного кавалера, раскладывал дамам закуски и наливал напитки. Жених с невестой практически не отрывали друг от друга глаз, близняшки переглядывались между собой и с девичьей завистью смотрели на старшую сестру. Людмила тихо радовалась за счастье дочери и благодарила Бога за то, что первая любовь ее дочери прошла, не оставив глубокой раны в ее сердце.
Пару лет назад Лена вдруг влюбилась, влюбилась так, что совсем потеряла голову – она страдала, как в дамы в романах девятнадцатого века, писала своему возлюбленному длинные письма и посвящала стихи. Предметом ее страсти стал никто иной, как пасынок старшего брата Людмилы, Сергей Гольданский. Да, в него невозможно было не влюбиться – высокий, красивый. Они выросли вместе и никто не мог даже предположить, что Лена относится к сводному брату совсем не по-сестрински. Сергей тоже в тот момент повел себя отнюдь не по-братски – он смотрел на Лену глазами мужчины, который по достоинству оценил в ней женскую красоту и привлекательность, они много времени проводили вместе, ходили в кино и на танцы, выезжали на природу. А потом были проводы в армию. В этот день Лена и получила тот самый удар в сердце. Провожала Сергея другая. Это она, та, другая, просидела с ним рука об руку за праздничным столом, это она провела с ним ночь накануне отъезда, а после подарила долгий поцелуй на дорогу. Лена была просто раздавлена. Оказывается, ее ветреный возлюбленный встречался сразу с несколькими девушками и ничуть в этом не раскаивался.
– Всего хорошего, сестренка, – сказал он ей на прощанье, – мне было так хорошо с тобой. Желаю тебе хорошего парня и неземной любви. И не забывай писать солдату! – он послал ей воздушный поцелуй и сел в автобус.
Лена тогда еле добрела до дома. Ей не хотелось жить. В те трудные для нее минуты на помощь пришла, как всегда, тетушка Надя Тимошенко.
– Звездочка моя, да стоит ли так убиваться из-за мужика? – говорила она, поглаживая Лену по голове, – он еще молод и глуп, серьезные отношения завязывать не готов. Это мы, женщины, созреваем в этом плане рано, а мужикам нужно гораздо больше времени, чтобы осознать, что он готов дарить любовь и хранить верность только одной женщине, и даже после принятия такого решения, порой даже спустя много лет, многие из них срываются и уходят в загул. Мужики – это коты, помни, моя дорогая. Ни один мужчина не будет твоим на все сто.
Лена все же не теряла надежды. Она писала Сергею, писала часто, подробно, мечтала о встрече, твердила о чувствах. Он отвечал. Правда, гораздо реже, чем хотелось бы и намного сдержаннее, чем она ожидала, но все равно, это были весточки от Него, частичка его души. Она бережно хранила и перечитывала эти письма, а стихи, посвященные своей неразделенной любви, записывала в толстую тетрадку и никому не показывала.
