- Да, консул, - разнеслось нестройное под сводами тронного зала.
- Свободны.
Толпа служителей и советников потянулась к выходу.
- Вы тоже, - бросил Мистер Десятый в сторону цепи охранников.
Те послушно двинулись следом.
Когда двери захлопнулись, и они остались вдвоем, он повернулся к Жасмин и взял ее за подбородок.
- Ты ведь этого хотела?
- Да, милый.
- Моя маленькая карьеристка.
- Всё ради тебя.
- Не сомневаюсь.
Его рука скользнула вниз и сжала ее шею.
Жасмин повела бедрами, пытаясь опуститься на колени, но он удержал ее на ногах.
- Ну нет, дорогая. Пора двигаться дальше.
Он рванул обеими руками ворот платья, обнажив груди.
В ее глазах мелькнула паника.
- Не бойся. Я уже все приготовил.
Он медленно потянул ткань вниз, обнажая плоский живот, гладко выбритый лобок, стройные бедра. Ее тело трепетало. Черная кожа покрылась крупными мурашками.
- Я и забыл, что ты целочка, - прошептал он, зарывшись носом между ее ног и вылизывая стиснутые ляжки. – Расслабься. Я буду осторожен.
Обрывки платья окончательно скользнули вниз.
Он подхватил ее обнаженное тело и бережно опустил на пол. Пушистый белый ковер, покрывающий возвышение перед тронами, подчеркивал стройные формы.
Он скользил языком по ее коже, лаская набухающие соски, сжимая ладонями талию, ягодицы. Жасмин прикрыла глаза и почувствовала, что уплывает. Она лишь молча вздрогнула, когда он защелкнул на ее запястьях наручники и притянул руки к столбам ограждения приготовленными заранее веревками. Потом широко развел ей ноги и привязал к ножкам тронов.
Жасмин лежала на белом ковре, как распятая морская звезда. Ее щелочка уже блестела от сока.
Он опустился между ее ног и раздвинул пальцами половые губы, открыв в глубине бледно-розовую завесу с маленькой дырочкой посередине.
- Она прекрасна, - пробормотал он, разглядывая девственную плеву и представляя, как эта красота будет выглядеть через несколько минут. Для мужчины нет лучше вида, чем вид только что выебанной им девственницы. На втором месте – вид девственницы, которую он сейчас выебет.
Он жадно присосался к ее раскрывшимся розовым лепесткам, проводя языком вверх-вниз, из стороны в сторону, забирая губами и вылизывая набухший клитор, проникая как можно глубже в тугую пещерку. Жасмин едва заметно вздрагивала, когда кончик языка упирался в преграду. Ее тело плавилось под его руками, груди часто вздымались от прерывистого дыхания, и, наконец, бедра стали ритмично двигаться ему навстречу, насаживая вагину на язык, сперва робко и неумело, потом все сильнее и резче.
- Выеби, - вдруг шепнула она сквозь хриплый стон. – Выеби меня.
Как скажешь, детка, подумал он, лизнул напоследок клитор и медленно двинулся вверх, целуя лобок, живот, груди, шею. Впился в пухлогубый рот и сунул ладони под ягодицы, приподняв зад и раскрыв для себя текущую вагину. Торчащий член скользнул по сочащимся лепесткам и уперся в преграду.
Жасмин вздрогнула даже не от боли, а от ее предчувствия, и раскрыла глаза.
Директор-распорядитель стоял над ними сутулой скособоченной тенью. Глаза сверкали злобой и безумием. В его поднятых руках что-то сверкнуло, и Жасмин успела только тихо взвизгнуть.
Лезвие топора вошло Мистеру Десятому в основание черепа, разом перерубив позвоночник. Его тело судорожно дернулось и безжизненно повалилось на Жасмин. Директор схватил его за руку, стащил в сторону и отбросил, как ненужный мусор. Потом поднял с пола остатки золотистого платья и затолкал их Жасмин в рот, прежде чем она успела опомниться.
- Вот видишь, - сказал он, визгливо хихикнув. – Непобедимый ликвидатор, легендарный Мистер Десятый. Он мог уложить сотню человек за раз. А стоило ему залезть на бабу, и он тут же стал слабым и беспомощным. Бери его голыми руками. Вот что вы с нами делаете, суки.
Жасмин мычала и дергалась, пытаясь освободиться.
- А все почему? – присел он рядом, не сводя глаз с ее розовой пизды, сверкающей между черных ляжек. – Потому что слушаем. Любим. Боготворим. Вместо того чтобы поставить раком, отодрать и выбросить на свалку.
Он провел лезвием топора по ее промежности.
Она утробно заверещала насколько позволял кляп.
- Я тебя боготворил, черножопая дрянь. А ты оказалась простой шлюхой. Как и вы все.
Он отложил топор в сторону и расстегнул ремень.
- Сам дурак, конечно. Кем еще могла оказаться баба, продавшая себя ублюдку Гарту? Только продажной шкурой, готовой торговать собой оптом и в розницу.
Он стащил штаны, обнажив толстенный член.
- Что, блядь подзаборная? Привыкла выбирать статусных альфа-самцов с деньгами и властью? Выбирай. А выебу тебя я.
Он навалился сверху, впился пальцами в бедра и резко натянул на себя, в два толчка загнав ствол во влагалище.
