Пыльные стеллажи загромождены коробками с каким-то невероятным количество всего, что можно найти в рейдах или получить от Надзирателей — оружие, одежда, противогазы. Но вот полки, предназначенные для медикаментов, пустовали, запасы почти истощились, а ждать от Надзирателей их сейчас не приходится. «Да мне бы хоть один рулон грёбаных бинтов, ну же…» — Ник нервно бродил по узким проёмам мимо стеллажей, и подтягиваясь, заглядывал на верхние полки, когда, наконец, в дальнем углу он нашёл два небольших рулона плотных бинтов.
«На какое-то время хватит, если не буду в чьих-то кишка ковыряться. Так, теперь куртка» — плащ, от которого Ник решил избавиться, сильно износился и был пропитан кровью так, что даже длительные полоскания в морской воде не смывали запах. Покопавшись в одной из громоздких коробок Ник выдернул из-под кучи тряпья неплохую кожаную куртку, которая вполне могла защитить от непогоды и некоторых ранений. Закинув её на плечо, он вернулся к дежурному, которого хотел разбудить, но увидев, как тот в обнимку с автоматом сполз на самый пол, оставил его отсыпаться.
Решив, что сон ему не светит, он поднялся к себе, собирая в сумку инструменты и взяв с собой пострадавшую косу, спустился к главному входу. Погода радовала тем, что скрыло солнце за слоем туч и находиться на улице было довольно приятно. Ник устроился на ступеньках и перевязав руки, принялся разбирать сломанный механизм. Даже несмотря на отсутствие солнца, травмированный глаз, не защищённый повязкой, покалывало, и Ник все время тянулся к нему рукой.
— Надо бы придумать что-то получше повязки, — сказал он вслух.
— Я тоже так думаю, — ответил ему знакомый голос.
За спиной стояла замученная Хизер. Она улыбнулась ему уголком губ, когда Ник обернулся, и присела рядом.
— Не спится? — она наблюдала за руками Ника, ловко разбиравшего сломанный механизм.
Он неопределённо качнул головой, чтобы не отвлекаться.
— Я тоже не могу уснуть. Я видела Дэниэла, — она поджала губы и вздохнула. — Он сказал, что уходит из отряда и что ты поехавший.
— А, ну, это я от него уже слышал, — Ник хмыкнул, не отрываясь от своего занятия.
— Еще Рэнди, он тоже уходит, сказал, что не сможет с тобой работать, даже не захотел лично сообщить. Нас останется пятеро, да и Уолтер не в форме — это катастрофически мало для заданий, что делать? — она обняла колени, продолжая наблюдать.
— Пусть катятся. Пусть катятся ко всем чертям! Мне не нужны в отряде трусы и слабаки. Без них справимся, — движения рук прекратились на несколько секунд.
— Да, но, всё-таки попроси Джейсона отправить к нам в отряд хотя-бы двоих, для верности, — осторожно попросила Хизер.
— Ладно, — отрезал Ник, — позже. Ты не забыла, куда мы сегодня собирались? Возьми с собой противогаз поновее и фонарик. Отправимся вечером. Я скоро закончу, отправляйся спать.
Поднимаясь по ступеням Палладиума обратно к себе в надежде хоть немного поспать, Ник встретил в коридоре сонного Мэтта, который слегка махнул ему рукой, потирая глаза.
— И ты не спишь? — Ник потрепал его за плечо.
— Мне приснился кошмар про пиратов, — он зевнул, — и я проголодался.
— Не собираешься уходить из отряда?
— Нет, — Мэтт посмотрел Нику в глаза. — Я думаю, ты хороший человек.
— Не уверен в этом, — Ник пожал плечами. — Ты же видел, что я сделал?
— Ну и что? — Мэтт улыбнулся. — Придётся привыкнуть. А ещё ты напоминаешь мне старшего брата.
— А он у тебя был? И ты помнишь? — Ник удивился такому сравнению.
— Не уверен, что был. Но если был, то не плохо, чтобы такой как ты… — Мэтт задумчиво почесал затылок. — В общем, я остаюсь.
Ник усмехнулся, хлопнул парнишку по спине и вернулся в свою квартиру. Толкнув ногой дверь, и оставив оружие сразу у входа, Ник упал на кровать и провалился в долгожданную тьму.
***
— Хочешь, расскажу тебе о море? — к нему наклоняется длинноволосая женщина и мягко улыбается.
Он видит её лицо — тонкие черты, золотисто-карие глаза, янтарные, добрые. Её руки, худые и ласковые тянутся к щекам, и он кивает.
— Ты ведь знаешь, что я тут жила, когда была маленькая? Хотя, этот город назывался тогда по-другому, — женщина ведёт его к небольшому диванчику, такому старому и ветхому, что тот скрипит, когда Ник и худощавая женщина садятся на него.
— А как он назывался раньше? — он ковыряет обшивку дивана, стараясь достать до пружины, периодические поглядывая на женщину — заметит ли?
— Не помню, милый, — она странно отводит взгляд и слегка поджимает губы, — это было так давно, что я совсем не помню. Но я очень хорошо помню, как ходила к морю. Вода в нём была тёплая и такая приятная, мне нравилось гулять босиком по песку, а потом заходить в воду по колено, — женщина улыбается и мечтательно смотрит куда-то в сторону. — Когда я была маленькая, я очень любила гулять по берегу моря, тёплый песок всегда был таким мягким, а вода прозрачной и прохладной. Мне нравилось заходить в воду и гулять туда-сюда. Тогда летом тоже было очень жарко, и я носила лёгкое платье, моя мама дарила мне самые красивые платья. — Она снова гладит его по волосам и улыбается. — Море, это так красиво.
