- Ну что ж, счастья тебе, – улыбнулся он.
- Спасибо, – она крепко обняла его, поцеловала в щеку и прошептала на ухо. – У вас с ней все будет хорошо.
- В смысле? – неожиданно он смутился.
- С Викой, – улыбнулась она, взглянув на него, как на неразумного ребенка. – Поверь, вы будете счастливы, я знаю это.
- Ты ясновидящая? – он попытался прикрыть свое волнение шуткой.
- Нет, просто наблюдательная, – она продолжала улыбаться. – Я и вас сегодня видела в городе. Она ни на шаг от тебя не отставала и видел бы ты, как она на тебя смотрела.. и ты ее любишь, сильно, – она хихикнула, – у тебя как и у всех мужчин на лице все было написано, пока ты мне рассказывал про нее.. ну, прощай! А впрочем нет, до свидания.
- До свидания.., – пробормотал он, под впечатлением от ее речи, встав столбом и не заметив, как она уже скрылась среди фургонов.
Очнувшись, он сел в машину, стал разворачиваться и увидел и даже услышал (окно было открыто), как какой-то мальчуган подбежал к Марине с криком “Мама!”. Николину стало не по себе немного. Он задумался. Марина очень изменилась. Вспомнилось, как тогда она ему говорила, что ей нужна полная забота. Не дай Бог конечно кому-то еще измениться таким путем, который Марина прошла. Но факт фактом, она изменилась, стала совсем другой. Удивительно, но он действительно был рад ее увидеть и узнать, что у нее все хорошо. И странно, но он совсем не видел ее человеком, который когда-то фактически предал его, бросил в очень тяжелый, один из самых тяжелых периодов в его жизни. Годы ли так подействовали и время действительно лечит, или просто то, что, возможно, так было нужно обоим. Ну а что, она счастлива. Теперь ему бы стать счастливым и не упустить счастья, если он еще не упустил его окончательно. Хотелось бы поверить в то, что ему сказала Марина, очень хотелось.
Вздохнув, Николин наконец развернул машину и погнал вперед, по горному шоссе, над которым висели тучи, обратно к Алуште.
И вот теперь он мерил комнату резкими шагами, как лев в клетке, и не знал, что ему делать, за что схватиться. Галя и Лида точно в Алуште, но неизвестно где именно, и это определение за 3 дня его просто уже бесило! Остановившись у стены и чуть подумав, он взял в руки телефон. Последняя попытка. Что-то новенькое, “Абонент не доступен. Оставьте сообщение после сигнала”. Раздался гудок и он, вздохнув, заговорил в трубку, спонтанно подбирая слова. Нажав на кнопку, он закончил запись.
Единственное, за что он был спокоен и даже доволен собой (в меру, но доволен), так это за то, что он наконец-то объяснился с Миленой. Новость о том, что ничего у них на самом деле он принял как камень с души, за что немного, но укорял себя. Хоть ничего у них и не было, он все равно попросил у нее прощения, ибо действительно провинился перед ней, как он считал. В общем, расстались они на хорошей ноте, а ее прощальный подарок – тот самый портрет – он надежно спрятал в папку для документов, которую всегда возил с собой в чемодане, не для того, чтобы забросить в дальний угол и забыть, а чтобы надежно сохранить.
И вот оставалась лишь одна беда, и беда это была самая большая, которую, как ему казалось, труднее всего решить – Вика... Марина за какие-то минуты выудила из него то, в чем он не признавался самому себе. Все-таки женщины это уникальные существа. Но дело не в этом совсем. Дело в Вике. Он все понял, но как бы не слишком поздно. И вот он здесь, то сидит, то ходит туда-сюда, то стоит, а она где-то, где – он не знает. Внутри у него тихо зашипела ревность – она говорила, что у нее какие-то планы, и он догадывался, что планы эти связаны с Ялтой. Но свою же ревность он усмирял тем, что возмущаться в этой ситуации он не имеет никакого права – заварил кашу, так сам и расхлебывай.
Вздохнув, он взял наушники, прилег на кровать. Не лежалось. Походил по номеру, посидел и на стуле, и на диване, постоял у стены. Ну просто Маша и три медведя – всюду побывал. Чуть подумав, подошел к окну, уставился долгим взглядом на хмурое темнеющее над городом небо, где вдали время от времени сверкала молния.
“..Все, что сам себе ответил,
Я нечаянно забуду.
И теперь никто не третий.
Забери меня...
Забери меня отсюда...”.
Он тяжело вздохнул и сдернул к черту наушники. Нет, это не дело, надо себя чем-то занять, он стал оглядываться по номеру. Ага, точно! У тумбочки ведь только вчера оторвалась ручка! Надо либо прикрутить, либо приклеить. Так, а это значит, что надо сходить в машину и принести из багажника ящик с инструментами, он его там всегда возил с собой – мало ли, на даче что чинить придется или еще где пригодится.
Решительно взяв ключи со стола, он открыв входную дверь и так и остолбенел на пороге.
Вика резко вздрогнула и открыла глаза – в паре шагов от нее на пороге 10-го номера стоял собственной персоной Константин, очень удивленный и даже немного смущенный. Внутри у нее все сжалось и перевернулось – она сама никак не ожидала такой встречи, а в глубине души немного боялась. У него в руках были ключи от машины, он явно куда-то собирался. Ну вот, а она тут расселась.
