С этими словами Виктория перестала обнимать сестренку, вытащила из своей сумочки небольшую коробку шоколадных конфет и протянула ее растроганной проводнице.
- Ой, ну что вы, не за что, спасибо, – щебетала она растерянно, сжимая в руках коробку – никто ей таких подарков из пассажиров никогда не делал.
- Это вам спасибо, – вновь улыбнулась Вика. – Ладно, Лида, поехали, а то дождь вот-вот польет.
Попрощавшись с доброй проводницей, девочки поспешили в сторону здания вокзала. В одной руке Вика тащила чемоданчик сестры, а другой держала за руку Лиду, с любопытством смотрящую по сторонам. Литвина никогда не была в Питере, и весь этот большой шумный и красивый город был целиком ей в новинку. Разговаривали сестры по дороге мало, ехали в метро. Вика немного рассказывала ей о Питере, а Лида пыталась слушать, хотя иногда задумывалась и пропускала слова сестры мимо ушей.
Скоро они уже были дома, в небольшой двухкомнатной квартире. Вика говорила, что раньше тут жили их бабушка и дедушка, здесь же выросли и мама с тетей. Тут же жила и сама Вика с бабушкой, пока последняя не умерла. Неожиданно у Вики зазвонил телефон, она с кем-то поговорила и после этого расстроенным голосом сообщила, что ей надо срочно уехать ненадолго.
- Я постараюсь скоро вернуться, – сказала она, пока надевала в прихожей свой плащ, который был ей кстати к лицу. – А ты тут не скучай. Хочешь вот телевизор посмотри, а хочешь книжку себе выбери и почитай – их в шкафу много. А вечером если получится, пойдем с тобой гулять. Окей?
- Окей, – улыбнулась Лида, после чего закрыла за сестрой дверь, недоумевая, куда это надо было отъехать Вике. Лето же на дворе, каникулы. Конечно, десятилетняя девчонка и слыхом не слыхивала об университетских сессиях и тем более о студенческой практике.
Вскоре Лида загрустила. По телевизору не шло ничего интересного, и книжек про волшебников и фей почему-то в шкафу не оказалось, а может просто она их не нашла. На кухне она между тем хорошо поела и выпила чаю. Но по прежнему было скучно. Она решила разобрать вещи, разложить их в комнате, которую ей показала Вика, сказав, что Лида там будет спать. Начав разбирать вещи, она вдруг заметила на столике возле дивана какую-то книжку с картинкой на обложке. Какой-то мальчик на метле, в очках и с молнией на лбу ловит какой-то мячик с крылышками. Она прочитала название, написанное наверху золотистыми смешными буквами: “Гарри Поттер и философский камень”. Точно! Она же смотрела как-то кино про этого мальчика и ей понравилось. Но она не знала, что есть еще и книжка. Отодвинув раскрытый чемоданчик она, так и сидя на полу, открыла и начала читать. Чтиво так увлекло девочку, что она ничего не замечала вокруг себя.
Не заметила она и того, что пересела на диван, на котором немного вздремнула – все-таки в поезде она спала как-то плохо и совсем мало. Проснувшись, она посмотрела на часы. Они показывали пять часов вечера. Вика уехала в десять утра, и ее до сих пор не было дома. Лиде вновь взгрустнулось, она решила отложить книжку и все-таки заняться вещами. Неожиданно где-то в другой комнате зазвонил телефон. Городской. Литвина не сразу решилась взять трубку – это наверное звонили Вике. Телефон не переставал трезвонить. В конце концов, Лида взяла его и нажала на кнопку с зеленой трубкой.
- Алё, а вы Вике звоните, да?
- Лида, дочь, это ты? – раздался из трубки хрипловатый мужской голос.
- Папа?! – девочка страшно удивилась, даже испугалась.
- Я так и знал, что мать тебя сюда отправила! – вдруг затараторил отец. – Подальше от меня! Как от какого-то чудовища! Дочура, ты должна знать, во всем твоя мать виновата! Я ничего не сделал! Ты должна мне верить...
- Олег, что ты делаешь? – раздался из той же трубки приглушенный голос мамы, которая видимо вошла в этот момент в кухню, где у них в североморской квартире стоял телефон. – Ты что, Лиде звонишь?!
- Она обязана знать правду! Я ее отец! – начал кричать отец.
- Хорош отец! – кричала мама. – Зачем ты мучишь ребенка?! Все равно уже ничего не исправить! Ты уничтожил себя в моих глазах, так не делай этого в глазах Лиды!
- Это все ты виновата! Забыла, откуда я тебя..
Они продолжали так кричать друг на друга, причем никто не додумался положить трубку. А Лида все слышала. В конце концов она не выдержала и сама бросила телефон, после чего бросилась в свою комнату и, упав на диван, разрыдалась. Они оба ее измучили, оба! И мама и папа! Как она устала от всего этого! Даже здесь, в Питере, этот кошмар продолжал ее преследовать, и это преследование было слишком тяжелой для десятилетней девочки ношей. В своих рыданиях она не услышала, как в прихожей открылась дверь и послышался крик:
- Я вернулась! Прости, что так долго, ты.. Лида?
В комнату вбежала, на бегу сбрасывая плащ Вика. Она подлетела к сестре, едва не споткнувшись об раскрытый чемодан и крепко обняла.
- Лида, Лида, – пыталась успокоить ее Вика, – что случилось?!
- П-папа.. з-звонил, – захлебываясь в рыданиях, проговорила Лида, попутно отхлебывая воду из бутылки, которую ей протянула Вика. – О-они там с-с мамой опять.. ыых..
