Здесь воздух облипает, здесь небо цвета сала,
Резина разговора здесь кажется тугой,
Здесь Золушка, беспечно сорвавшаяся с бала,
Влетает под автобус бесценною ногой.
А там такие краски – глазами бы питался,
Такие перезвоны – ушами бы дышал.
Коварный Румпельштильцхен там перевоспитался
И детовымоганью отчаянно мешал.
Здесь куры обучают булыжники паренью,
Здесь жаба предлагает улыбки эталон,
Здесь хлещут Белоснежку персидскою сиренью,
Чтоб впредь не появлялась в лесу без панталон.
А там веселья лица расписаны румянцем,
Наполнены бокалы павлиньим молоком,
Там даже К. Бессмертный стал вегетарианцем:
Ест репу, бога ищет и ходит босиком.
Здесь меркнет золотое, багровое сереет,
Здесь тонкое не лезет, горячее не жжёт,
Лысеет Лорелея, Дюймовочка звереет,
Пузатый Мальчик-с-пальчик в президиумах лжёт.
А там и горе слаще, и старость там моложе,
И честность там дороже, и праведнее честь.
И всё же оставайтесь, не уезжайте всё же.
Поверьте, есть надежда, ещё надежда есть.
декабрь 1978
Годы зрелые мои слепнут.
Речи долгие мои сякнут.
Громыхает в голове эхо,
А в бумагах благодать – тихо.
Так ли надо ли, не так? Сваи
Забивать или крушить сферу?
Серафима ли крестить, боже?
Волкодаву ли продать душу?
Воды светлые мои слепнут,
Печи пылкие мои тухнут —
Не скую, не испеку чуда
На серебряном огне крови.
Так ли надо ли, не так? Стаи
Провожать? Или не так – сваи
Забивать? Или продать душу?
Или небо растрепать в клочья?
17 декабря 1978
О чём жалеть? О том, что не жил,
Как люди добрые окрест?
Что душу бешеную нежил
Охотой к перемене мест?
Что бубенцовый благовест
Меня не вовремя мятежил?
Что процыганил, проманежил
И честь, и молодость, и крест?
Приятель время торопил,
Долбил колоду, что твой дятел,
А я задёшево купил
И не заметил, как растратил.
Однако жив. Блажен почти.
Поди-ка, дни мои сочти.
сентябрь 1980
Кособокая сохнет осина
По новом Иуде.
Развращение блудного сына
Отнюдь не во блуде.
Светоч хил. Дефицит керосина
Свергает твердыни.
Развращение блудного сына
В наивной гордыне,
Помещающей всякую веру
В тенета интима.
Дурно скопом насиловать сферу
И недопустимо.
То есть сфера, возможно, едина,
Но блудный потомок
Выбирает стезю паладина
И трепет потёмок.
Не имея, не моя, не брея,
Условный, как веха.
И ни грека в нём нет, ни еврея,
Ни горя, ни смеха.
