Да, собственно, уже и слился. Предположим, он среди них, прямо тут, перед Гурни. Как его опознать?
Обескураживающая задачка — особенно учитывая, что вся группка, похоже, побывала у ярмарочного гримера, разрисовавшего мальчишкам лица и превратившего их в каких-то персонажей — насколько мог судить Гурни, в супергероев. А сколько еще таких вот стаек бродит по ярмарке — и Паникос может пристать к любой.
Только теперь Гурни заметил, что мальчишки именно из этой группки заняты чем-то странным. Они подходили к посетителям, в основном взрослым, с букетиками цветов. Гурни подстроился под их шаг и двинулся следом, чтобы приглядеться получше.
Ребята продавали цветы — сказать точнее, раздавали бесплатно букетики всем, кто пожертвует местному Фонду помощи жертвам наводнения хотя бы десять долларов. Что по-настоящему привлекло внимание Гурни — завладело его вниманием безраздельно, — так это то, какие именно букетики они раздавали.
Ржаво-красные хризантемы, обернутые желтой бумагой, — неотличимые от букета, оставленного Паникосом на валуне возле озерца.
Что это означало? Гурни быстро пришел к выводу, что цветы у озера почти наверняка отсюда, а значит, Паникос успел побывать на ярмарке до визита на Барроу-хилл. Напрашивался следующий интересный вопрос: зачем?
Уж ясно, не для того лишь, чтобы купить букетик и прихватить его с собой во владения Гурни, — не мог же он заранее знать, что эти букетики тут окажутся, логичнее было бы заглянуть в местный цветочный магазин. Нет, на ярмарку он явился с какой-то иной целью, а хризантемы просто попались на глаза.
Так что же это за цель? Что ему там понадобилось? Не сельские же забавы, сахарная вата и коровье бинго. Тогда, черт возьми, что?
Ход его мыслей прервал звонок мобильника.
Это оказался Хардвик, весь взбудораженный.
— Черт возьми, чувак. С тобой там все в порядке?
— Да вроде бы. Что происходит?
— Именно это меня и интересует! Ты вообще где?
— На ярмарке. Как и Паникос.
— Тогда что там стряслось у тебя дома?
— А откуда ты…
— Еду по проселку к вашему повороту, а тут их целая свора — две патрульные машины, шериф и плюс еще внедорожник бюро криминальных расследований. И все, твою мать, в вашу сторону. Что там, черт возьми, стряслось?
— Там Клемпер. У моего дома. Мертвый. Долгая история. Похоже, первый наряд нашел тело и вызвал подкрепление. Ты, надо понимать, видел вторую волну.
— Клемпер? Мертв? Мак Мудак? Это как?
Гурни как можно короче пересказал ему все произошедшее — начиная со спущенной шины и кончая роковым попаданием железной скобы в шею Клемпера и цветами на Барроу-хилл и на ярмарке.
По ходу дела он понял, что надо звонить Кайлу — и срочно.
Хардвик слушал, не проронив ни слова, до самого конца.
— Что теперь тебе нужно, — сказал Гурни, — так это ехать на ярмарку. Ты видел ту же запись, что и я, поэтому наши с тобой шансы опознать Паникоса равны.
— То есть, шансов почти никаких.
— Знаю. Но надо же попытаться. Он где-то здесь. Он явился сюда не просто так.
— А зачем?
— Понятия не имею. Но он уже был здесь — и вернулся сюда снова. Это не совпадение.
— Послушай, я знаю, что для тебя ключ ко всему — поймать Паникоса. Но не забывай: его кто-то нанял. Лично я считаю, что Йона.
— Узнал что-то новенькое?
— Нутром чую, только и всего. Уж больно скользкий ублюдок, есть в нем что-то двуличное.
— Помимо мотива в пятьдесят миллионов долларов?
— Да. На мой взгляд. Слишком уж улыбчивый да лощеный.
— Может, просто у них, у Спалтеров, харизмы хоть отбавляй?
Хардвик издал вялый смешок.
— Вот уж на что мне начхать.
Гурни сгорал от нетерпения поговорить с Кайлом, начать поиски Паникоса.
— Ну ладно, Джек. Давай быстрее. Позвони, как доберешься.
Отсоединяясь, он услышал первый взрыв.
Он распознал звук — приглушенный, сдавленный хлопок небольшого взрывного устройства.
Едва он добрался до места происшествия, расположенного через две аллеи от дорожки, где он стоял, первоначальное впечатление подтвердилось. Маленькая палатка тонула в дыму и пламени, но туда уже спешили, покрикивая на встревоженных посетителей, чтобы посторонились, двое мужчин с повязками «Служба безопасности ярмарки» на рукаве и огнетушителями в руках. Две женщины из организаторов ярмарки тоже примчались и принялись обходить палатку сзади, выкликая: «Есть там кто? Есть там кто?»
По аллее пробиралась машина «скорой помощи» с сиреной и мигалкой.
Видя, что никакой непосредственной помощи он сейчас оказать не может, Гурни принялся разглядывать толпу, собравшуюся вокруг места пожара. Известно, что поджигателей вечно тянет полюбоваться плодами своих рук, но если Гурни и питал надежды обнаружить кого-то, подходящего хоть под самое общее описание Паникоса, эти надежды быстро развеялись. Однако Гурни заметил кое-что иное. Обгоревшая вывеска над палаткой гласила: «Фонд помощи жертвам наводнения, Уолнат-Кроссинг». А среди разметанных взрывом обломков чернели обугленные букетики ржаво-красных хризантем.
