Напротив худышки за столом стояла ее полная противоположность. Это была крупная женщина в длинном плиссированном бордовом платье с вышивкой по вырезу. На ее пальцах красовалось множество блестящих колец. Макияж у нее был яркий, почти что театральный. А вершиной, в буквальном и переносном смысле, была ее укладка. Волосы худышки привлекали внимание, а прическа этой дамы была просто уму непостижима. Зачесанная наверх копна эффектно переплетенных черных и серебристых прядей напоминала беспокойный морской пейзаж Тернера. Гурни подумал, что этой женщине явно очень нравится выглядеть эффектно.
Непринужденно махнув увешанной кольцами рукой, она повернулась к нему.
— Вы, должно быть, мистер Гурни?
— Да. А вы?..
— Табита. — Это прозвучало как заклинание. — Я как раз собиралась принести мисс Кастро стаканчик родниковой воды. Может, вы тоже чего-нибудь хотите? Может, травяного чая?
— Спасибо, ничего не нужно.
— Если вы передумаете, или вам что-то понадобится, или возникнут какие-то вопросы, просто нажмите на звонок. — Она указала на небольшое куполообразное устройство в центре стола. — Чистое серебро. Тончайший звук, вы такого и не слыхали.
— Благодарю вас.
Вихрем шелковистой ткани и цветочного аромата она проскользнула мимо него и исчезла на лестнице с розовыми перилами.
Гурни повернулся к девушке, сидящей за столом.
— Анджела?
В ответ она лишь кротко кивнула.
— Позвольте присесть?
— Да, конечно.
— Для начала я хочу поблагодарить вас за то, что согласились поговорить со мной.
Она испуганно поглядела на него.
— Я не знала, что еще делать. Меня напугало письмо, которое другой детектив принес в дом моего брата. И то, что вы сказали по телефону.
— Просто мы стараемся быть как можно более откровенными по поводу сложившейся ситуации, о которой нам столько всего нужно узнать.
— Понятно.
Он оглядел витрины с куклами.
— Необычное местечко вы выбрали для нашей встречи.
Она в смятении приоткрыла рот.
— Вы же вроде сказали по телефону, что это хорошая идея — встретиться в магазине.
— Конечно, хорошая, — он улыбнулся и постарался ее успокоить, — я просто имел в виду, что сам я никогда не бывал в подобных магазинах.
— Ах, да. Ну конечно, не бывали. Это вообще особенное место.
— Табита, кажется, очень… доброжелательной.
Анджела воодушевленно закивала, а потом ей как будто бы стало стыдно. Она наклонилась к Гурни и тревожно прошептала:
— Она думает, мы купим еще одну Барби.
— Еще одну Барби?
— Когда мы останавливались здесь со Стиви, он купил мне Барби. — Она по-детски мечтательно улыбнулась, — Особенную — ту, о которой я давно мечтала.
— Вы со Стиви здесь останавливались?
— Ну, не прямо здесь, в магазине. В гостинице «Кукольный домик». Тут рядом. Это, типа, мотель, но необычный. Он вообще нереальный. Там
— Когда это было?
— Когда он ездил к этому жуткому гипнотизеру, чтобы бросить курить.
— Вы встречались с гипнотизером?
— Нет, Стиви один ездил. А я оставалась здесь, в гостинице.
— Вы сказали, что гипнотизер был жуткий. Откуда вы знаете?
— Это Стиви так сказал — что он реально жутковатый тип.
— Он говорил про него еще что-нибудь?
Она нахмурилась, словно пытаясь что-то вспомнить.
— Сказал, что он омерзителен.
— Он не объяснил, что имел в виду?
Анджела покачала головой.
— Нет, просто сказал: омерзительный и жуткий.
— Он рассказывал вам что-нибудь про кошмары?
— Да, но уже потом. Что-то про огромного волка, вставлявшего в него раскаленный нож. Что-то такое. Волк с горящими красными глазами, сидящий на нем. — Ее заметно передернуло. — Господи, какая жуть!
— Он говорил, что кошмар повторяется?
— Да, все время. Кажется, вообще каждую ночь после того, как он побывал у гипнотизера. Он говорил, это был омерзительный сон.
— Сон был таким же омерзительным, как и гипнотизер?
— Ну да, видимо.
— Стиви часто употреблял это слово?
Казалось, ей было не по себе от этого вопроса.
— Ну не очень часто. Иногда.
— А можете вспомнить, в каких еще обстоятельствах он его употреблял?
— Нет.
Ответ вырвался у нее слишком быстро. Однако Гурни почувствовал, что расспрашивать ее об этом не стоит. Он еще найдет способ вернуться к этой теме.
В данный момент он хотел ослабить напряжение, а не усиливать его. А это значило, что нужно осторожно обходить препятствия, а не прошибать их насквозь. Ему с его логическим мышлением тяжело давался бессистемный допрос, но иногда это был лучший способ для продвижения вперед.
— У Стиви были серьезные проблемы с курением?
— В каком смысле?
— Он много раз пытался бросать?
— Наверное, — пожала она плечами. — Я точно не знаю.
— Он часто говорил, что хочет бросить?
— Мы никогда не обсуждали курение.
Улыбнувшись, Гурни кивнул.
— Ну да, мало кто об этом говорит.
— Ага, зачем вообще кому-то об этом говорить? Дурацкая тема для разговора.
— А после сеанса гипноза с доктором Хэммондом Стиви удалось бросить курить?
— Нет.
— Он был огорчен?
— Ну, наверное. Может, и был. Я не знаю. Может, он и не хотел бросать. Он в основном болтал про свой ужасный сон и этого омерзительного Хэммонда.
