— Вам не показалось, что он злится, что выбросил на эту поездку столько времени и денег?
— Выбросил?
— Ну, я просто размышляю, что, если Хэммонд не смог помочь ему… вероятно, это его разозлило?
Анджела выглядела растерянной, словно она уже не раз сама об этом думала.
— Он
— Но?
— Но когда Стиви реально злится… наверное, теперь надо говорить: злился… в его глазах что-то менялось, вроде… я даже не знаю, как это объяснить, но… даже здоровенные парни держались от него подальше.
— А когда вы спросили про время и деньги, вам не показалось, что он раздосадован?
— Нет, — пробубнила она и грустно замолчала.
Гурни прикидывал в уме, как бы поделикатнее перейти к следующему вопросу, но вдруг услышал шелест шелка и краем глаза увидел огромную Табиту, с невероятной легкостью поднимающуюся по лестнице.
Лучезарно улыбаясь, она подошла к столу и поставила между ними черный лакированный поднос с бутылкой дорогой воды, изящной миской с кубиками льда и двумя стаканами. Она жеманно подмигнула Гурни:
— Я принесла два стакана, на случай, если вы передумаете.
— Спасибо.
Она немного помедлила, а потом эффектным вихрем унеслась вниз по лестнице; Гурни предположил, что это ее обычная манера поведения.
Вдруг он заметил, с какой тревогой и трепетом Анджела смотрит вслед Табите. Он подождал, пока та совершенно скроется из виду, и сказал:
— Интересная женщина.
— Наверное, мне не стоило говорить ей, что мы хотим купить куклу.
— А зачем вы так сказали?
— Ну, я же не могла сказать ей правду? Я же не могла сказать, что встречаюсь кое с кем, чтобы поговорить об ужасной смерти моего бойфренда.
— А с кем, вы сказали, вы встречаетесь?
— С вами.
— Хорошо. А вы сказали, кто я?
— Я просто назвала ваше имя и сказала, что вы мой друг. Ни слова о том, что вы детектив и все такое. Ничего, что я назвала вас другом?
— Ну конечно. Кстати, отличная мысль. — Он сделал паузу. — А есть какая-то особая причина, почему вы захотели встретиться именно здесь?
— Мне тут очень нравится.
Он снова огляделся, пытаясь понять человека, который чувствует себя как дома в этом странном мире фантазий.
— Вам здесь нравится из-за всех этих кукол?
— Конечно. Но в основном потому, что именно здесь Стиви купил мне мою самую-самую любимую Барби.
— Был какой-то особый повод?
— Нет. Просто взял и купил. И ведь так даже лучше, понимаете?
— Похоже, он хотел, чтобы вы были счастливы.
На глаза ее навернулись слезы.
Гурни продолжил:
— Теперь я понимаю, что это место для вас особенное.
— И потом, я больше не могла оставаться у брата. Если детектив Хардвик сумел отыскать меня там, смогут и другие. Так что брат одолжил мне денег и дал машину, с одной из его стоянок для поддержанных автомобилей. И вчера ночью я приехала сюда. Брат сказал, что, если я так боюсь, что меня найдут, мне стоит расплачиваться наличными, потому что копы, да и вообще кто угодно, легко могут вычислить меня по кредитной карте. Это правда или так только в телевизоре?
— Правда.
— Боже, это же как будто за тобой все время следят. Но я-то сделала, как велел брат, — платила наличными. Я остановилась в том же номере, где мы жили со Стиви.
— Вы думаете пожить здесь какое-то время?
— Если только вы не думаете, что это плохая идея.
Ничего лучше ему в голову не приходило. И теперь он был вдвойне рад, что на всякий случай оставил машину с геотрекером в гостинице. Он заверил ее, что в сложившейся ситуации лучше всего остаться в «Кукольном доме».
— Когда я здесь, у меня ощущение, что Стиви со мной. — Она потерла глаза, размазав всю тушь.
Гурни наконец-то решился задать вопрос, мучивший его с самого начала.
— Я вот думаю, Анджела, вам не показалось странным, что Стиви поехал в такую даль, в дом на Волчьем озере, ради сеанса гипноза?
Она шмыгнула носом:
— Ну да, немного странно.
— Наверняка можно найти гипнотизера поближе к Флорал-Парку.
— Наверное.
— А вы у него не спрашивали, что такого особенного в докторе Хэммонде?
Анджела замешкалась.
— Мне кажется, ему его порекомендовали.
— Кто?
Анджела оторопела. Казалось, она пытается найти выход из комнаты, в которой оказалась по ошибке.
— Я не знаю.
Гурни спокойно продолжил.
— Вы очень напуганы, верно?
Она молча кивнула, покусывая губу.
— Я уверен, Стиви хотел бы, чтобы вы были в безопасности.
Она продолжала кивать.
— Вам страшно из-за того, что с ним случилось?
Она закрыла глаза.
— Пожалуйста, не надо про это.
— Хорошо. Я понимаю. — Он подождал, пока она откроет глаза, и снова заговорил. — Вы очень смелая.
— Неправда.
— Правда-правда. Вы здесь. Вы говорите со мной. Вы пытаетесь быть откровенной.
На последнем слове она зажмурилась.
— Это оттого, что мне страшно, а не потому, что я смелая.
— Вы все правильно делаете. Вы помогаете мне понять, что же произошло на самом деле. — Он слегка улыбнулся. — Возвращаясь к тому, что доктора Хэммонда порекомендовали…
Она перебила его.
— Я не знаю, кто это был. Я даже не могу с уверенностью сказать, что звонили именно по этому поводу.
Она задумчиво уставилась на серебряный звонок в центре стола.
