— Эта печальная новость принесла нам запоздалый подарочек от богов удачи.
— В каком смысле?
— Пардоза.
— О чем ты, Джек?
— Это вид паука. Название. Это был паук пардоза.
Гурни задумался.
— Думаешь, Стивен Пардоза, узнав, что его фамилия совпадает с названием вида пауков, решил взять кличку «Паук»?
— А может один из его дружков в «Брайтуотере» или какой-нибудь задрот в школе стал называть его Стиви Паук. Хрен его знает. Но теперь я уверен, что это не просто совпадение.
— Лео Лев, Хоран Хорек, Пардоза Паук…
— Осталось найти последнего ублюдыша. Волка.
— Да.
— Жаль, что это не Итан. Было бы складно.
— Это точно.
— Если повезет, личность Волка тоже приплывет к нам в руки, как и вышло с Пауком.
— Возможно.
— Ладно, Шерлок, держи кулачки. Возможно, удача поджидает нас за углом. Я перезвоню тебе после встречи с Вигг.
Гурни был доволен находкой Хардвика. Однако держать кулачки он не собирался. Ему вообще была чужда концепция удачи. В конце концов, это просто недопонимание статистической вероятности и критерия случайности. Или дурацкий термин, используемый людьми, когда происходит что-то, чего они хотели. Но даже те, кто верит в удачу, знают одну неприятную деталь.
Неизбежно удача заканчивается.
Пока Гурни говорил с Хардвиком, Мадлен оделась. Она подошла поближе к дивану, чтобы он, несмотря на музыку, смог услышать, что она говорит.
— Похоже, процесс пошел.
— Возможно, мы подобрались чуть ближе.
— Ты что, не рад?
— Я бы хотел, чтобы события развивались побыстрее.
— Ты сказал, что хочешь заставить убийцу почувствовать… угрозу, да?
— Да. Создать впечатление, что я раскрыл его секреты. Для того я и написал эти списки — чтобы решить, что я могу говорить, не рискуя сделать ошибку. А иначе он поймет, что я ошибаюсь, и задуманного мной эффекта не получится.
Мадлен нахмурилась.
— Мне кажется, чем меньше ты скажешь, тем лучше.
— Почему?
— Страх произрастает в сумраке. Просто слегка приоткрой дверь. Позволь ему самому додумать, что ждет с другой стороны.
Гурни не понаслышке знал о том, сколько вопросов и предположений возникает, когда находишься в неизвестности.
— Мне нравится твой подход.
— Ты хочешь, чтоб он услышал все через один из жучков?
— Да. Когда человек считает, что подслушал то, чего ему не захотели рассказывать, для него это звучит очень правдоподобно. Эдакая игра разума — мы верим, что все, что от нас скрывают, правда. Поэтому я и не стал снимать жучки. Это самое действенное оружие в мире против того, кто их установил.
— Когда ты хочешь это провернуть?
— Как можно скорее. У меня ощущение, что еще немного, и Фентон арестует меня за воспрепятствование следствию.
Тик в ее щеке было видно невооруженным глазом.
— А он может?
— Может. Ненадолго, но это все равно будет очень некстати. И единственный способ его нейтрализовать — это доказать, что его версия о «смертоносных кошмарах» полная чушь. А для этого нужно установить личность убийцы и его истинный мотив. Точнее мотивы, во множественном числе.
— Как у Девона Сантоса?
— Почти как у Девона Сантоса.
Гурни не любил наспех принятых решений. Обычно он откладывал вопрос до утра, чтобы при свете нового дня посмотреть на него свежим взглядом.
Однако сейчас на это не было времени.
С планшета Мадлен громко играла музыка, пока он, придумывая на ходу, рассказывал ей план дальнейших действий.
Спустя полчаса, одетые в лыжные костюмы, они сидели в «аутбеке» и были готовы записывать свой аудиоспектакль, который потом собирались проиграть в номере. Гурни нажал кнопку «Запись» на своем телефоне и положил его на приборную панель.
Уставшим и расстроенным голосом (по совету Гурни) Мадлен произнесла:
— Ты не хочешь растопить камин?
— Что? — раздраженно переспросил Гурни, словно его отвлекли от важных мыслей.
— Камин.
— Да, можно.
— Ну вот и затопи.
— Ага. Хорошо. Только не сию минуту.
— А когда?
— Ради бога, Мэдди, не мешай мне думать.
Оба замолчали. Мадлен снова заговорила.
— Ну хочешь, я разведу огонь?
— Ты можешь подождать одну минуту? Я должен кое-что хорошенько обдумать, убедиться, что я прав.
— Прав насчет чего?
— Насчет мотива для убийств.
— Ты что, догадался, почему их убили? И кто?
— Все они были убиты одним человеком, но не все по одной и той же причине.
— Ты знаешь, кто стоит за всем этим?
— Мне кажется, да.
— Кто?
— Прежде чем рассказать тебе или кому-то еще, мне нужно сделать еще одну вещь.
— Я не понимаю. Если ты знаешь, кто убийца, скажи мне.
— Сначала мне нужно посоветоваться с Хардвиком. Сегодня вечером, когда он вернется из Олбани.
И снова повисло молчание.
— Дэвид, это просто бред, почему ты не можешь сказать мне, кто это?
— Сначала я должен обсудить это с Джеком. Убедиться, что я объективен. Я расскажу тебе вечером. Всего каких-то четыре-пять часов.
— глупости! если знаешь — говори!
— Мадлен, ради бога, потерпи. Всего несколько часов.
— А ты не хочешь позвонить в полицию?
— Вот уж чего совершенно не стоит делать. Все, что связано с этими убийствами, будет тут же передано Фентону. Это все усложнит.
