Концерт прошел легко и непринужденно. Номер получился удивительно живым и забавным для сальсы, выученной за неделю. Бахрома платья во время танца летала из стороны в сторону, туфли сами выстукивали четкие движения.
Каждый раз, когда Зоюшка делала ошибки в танце, Славик гримасничал так забавно, что Зоя весело хихикала, а публика хохотала в голос и аплодировала. Она запомнила слова Славика:
– Надо расслабиться и хорошенько повеселиться. Для этого танцы и созданы!
Никакого места они не заняли, зато зрительская симпатия всецело принадлежала им. Она поняла, что по-настоящему счастлива вот здесь, на этой сцене, тяжело дыша, с пылающими щеками и горящими глазами, где получает заслуженный приз зрительских симпатий. Ей никогда не было так легко и весело. Это был ее настоящий бал.
Организатор конкурса пожал им руки и, широко улыбаясь, вручил сертификаты, с обратной стороны которых был нарисован забавный новогодний клоун. За кулисами Зоюшка столкнулась с организатором конкурса:
– Меня зовут Виктор, что значит победитель, – представился он, глядя прямо в глаза Зоюшке, – не составите мне компанию за ужином?
«…получишь Джокера и победитель будет с тобой!» – пронеслись в голове слова старой цыганки.
vk.com/regina_nz
– Я полный кретин!
Оценивающе разглядываю обручальное колечко и в очередной раз сомневаюсь в своем выборе. Нежное, из белого золота, с россыпью крохотных бриллиантов. В моей ладони оно выглядит хрупким и невесомым.
– Да, Никит, к сожалению, ты прав, – печально соглашается со мной Машка, за что сразу и получает: я выхватил из-за спины маленькую подушку и швырнул в нее.
А нечего говорить правду! Она ж мой друг. Пока еще. Причем, настоящий. Могла бы и поддержать в ответственный момент вместо того, чтобы подкалывать. Но все равно, привык я к этой бестолочи, прощаю и на этот раз за «вольность взглядов».
А Машка, с лохматой копной на голове, после удачного, на мой взгляд, приземления подушки, то ли хихикает, то ли хрюкает – тут уж даже мне не разобрать.
Отсмеявшись, она подходит ближе и почти серьезно произносит:
– Колечко прекрасно. Я, честно, даже удивлена: как ты смог выбрать такую красоту без моей помощи! Но…
– Не тяни, Килькина! Что за «но»?
Она тяжко вздыхает и с извиняющимся выражением на лице продолжает:
– Боюсь, что кольцо слишком простенькое для Эвелины: таким ей сложно будет похвастаться перед подружками.
Тут я, конечно, сдержался. С ее мнением мог бы и поспорить или, например, запульнуть в Машку еще одной подушкой, если бы в душе не был с ней согласен. Поэтому лишь недовольно отвернулся и спрятал кольцо обратно в карман.
– На другое нет средств. Маш, я принял решение жениться, и от него теперь зависит моя дальнейшая жизнь! – пытаюсь объяснить насколько это все серьезно и важно для меня.
– Да понимаю я. Жених – это как сапер на минном поле: один неверный шаг и… трах! – вскидывает она руки и округляет свои большие зеленые глаза, в которых разом отразились все оттенки зеленого. Я даже засмотрелся.
– Хватит прикалываться, Килькина! – уже рычу, откровенно желая ее придушить.
А та все не унимается, хохочет, тряся рыжей гривой. Машка, она и есть Машка! Сколько лет ее знаю, но ни дня не видел ее унывающей.
– Никит, а давай ты как-нибудь сам сделаешь ей предложение, без меня, а? – ноет она. – Я Эвелину терпеть не могу. Так что организовывай ей сам свой романти́к!
Мария разворачивается, собираясь уходить, а я спрыгиваю с подоконника и преграждаю ей дорогу.
– Я ж тебя никогда не прощу, если не поможешь, – теперь уже не прошу, а угрожаю. – У меня в голове сейчас одна ерунда.
– Знаю я, что за «ерунда» в твоей башке! – снова язвит Машка и толкает локтем, пытаясь убрать мою руку. – И вообще, мне некогда – собираться надо. После новогоднего корпоратива я уезжаю.
– Э! – нависаю над ней, сдвинув брови. – Это что за новости?
– Я в другой филиал перевожусь.
В недоумении смотрю на нее.
– Мы ж договаривались, что если уходить, то только вместе! – говорю я.
– Договаривались. Да вот твоя невеста будет против. Я пошла, Никит. Пусти!
Машка несильно бьет по моей руке. Выпускаю. В первый раз я вижу ее такой сердитой и обиженной. Но на что?
– Мне показалось, Маш, или ты меня ревнуешь? – бросаю ей вслед самую глупую в мире догадку.
Заглянув в испуганные глазища Килькиной, понимаю, что попал в точку и от неожиданности опешил. Она действительно ревнует!
– Когда женишься, – тихо отвечает она, – Эвелина не разрешит тебе общаться со старыми друзьями. Так что какая разница, когда мы расстанемся? Чем быстрее, тем даже лучше!
– Ты… предательница.
– Привет невесте! – скривив лицо, огрызается Машка и колючей ежихой выбегает из комнаты.
А я сажусь на пол, пытаясь переварить информацию.
