– Хватит уже тратить время на разговоры, – он развернул щупальце, и не успела мисс Монодин вскрикнуть, как оно схватило её. – Рона Беатриса Монодин, вас разыскивают на пятидесяти восьми планетах за такое количество преступлений, что нет смысла их перечислять. Полная сумма вознаграждений за поимку превышает сорок миллионов мега-кредитов. Добро пожаловать в ваш новый дом.
Щупальце мерцало; мисс Монодин закричала и со всех сил нажала на активатор на своей палке. Это ни к чему не привело. А затем она просто исчезла.
Мэл моргнула, и когда её глаза открылись, она увидела престарелую противницу в первом ряду коллекции Фигоуви с навсегда сердитым лицом.
Первым прореагировал на случившееся Уилчук. Он поднёс руки ко рту:
– Пощадите, о нет, нет...
К удивлению Мэл, Фигоуви засмеялся:
– Не бойтесь. Вас мне добавлять к коллекции нет смысла. Вы очень плохой экспонат, – он повернулся к Доктору. – А вот вы гораздо интереснее.
Доктор умиротворяюще поднял руки:
– Это, конечно, очень лестно, но энтузиазма особого не вызывает. А ещё у меня есть к вам несколько вопросов.
Фигоуви приблизился:
– Да?
– Вот мне интересно, – сказал Доктор, – а для кого именно вы накапливаете всё это богатство?
– Для Синдиката, – ответил Фигоуви. – Я летаю по Вселенной от их имени.
– Понятно, – сказал Доктор. – И давно уже? Я хочу сказать, кое-что из этого очень старое. Этого кварка моль уже доедает. Разве ваш Синдикат не расстроится?
– Родной планеты Синдиката больше нет, – сказал Фигоуви. – Возвращаться мне некуда. Я просто продолжаю действовать в соответствии со своей изначальной программой.
Мэл вздохнула:
– Типичная безупречная компьютерная логика.
Фигоуви пренебрежительно затрещал.
– Простите её, – сказал Доктор, – она не умеет держать язык за зубами.
Прищурившись на шар, он сказал:
– Ваша база данных, я полагаю, содержит всю информацию обо мне?
– О, да. Беглый повелитель времени, большая награда.
– Ясно.
Доктор порылся у себя в карманах и вынул карандаш и кусок бумаги.
– Фигоуви, – торжественно сказал он. – Я предлагаю сделку. Как повелитель времени, я могу предположить вам гораздо большую добычу, чем я сам.
Он начал что-то писать.
Фигоуви подошёл ближе:
– Что там?
Доктор прижал бумажку к груди:
– Не подглядывайте!
Закончив писать, он сложил бумажку пополам.
– Моё предложение такое. Отпустите меня, мою спутницу, и этих джентльменов, а я дам вам эту бумажку.
– Да что же вы можете мне предложить?
Доктор надул губы:
– Ну, как насчёт галактических координат Галлифрея, а?
Фигоуви возбуждённо зажужжал:
– Галлифрея? Планеты повелителей времени?
– Её самой. Только подумайте, какие номера вы сможете там провернуть. Секреты путешествий в пространстве и времени могут стать вашими.
Фигоуви принял решение.
– Дайте мне эту бумажку, Доктор!
Доктор покачал головой:
– Если вы нас отпустите, то я выкину её из дверей ТАРДИС, но ни моментом раньше. Согласны? – он погрозил Фигоуви пальцем. – И даже не пытайтесь отобрать её. Сверьтесь со своими данными: мои рефлексы молниеносны. Я просто съем бумажку.
Наступила тишина.
– Ну, что скажете?
Фигоуви размышлял:
– Галлифрей... да, да. Идите, Доктор, и забирайте всех своих друзей! Идите! Но помните... никаких фокусов, иначе я усилю энергетическое поле, и вы останетесь тут навсегда.
– Договорились, – обрадовался Доктор. – Пожал бы вам руку, но у вас её, похоже, нет.
Он показал всем, чтобы шли за ним, и пошёл к выходу.
Мэл бросила последний взгляд на мисс Монодин и пошла за ним. Десять минут спустя она прощалась с Уилчуком у дверей «Фаэтона».
– Пожелала бы вам удачи, но мы ведь враги.
– Поверить не могу, что мы улетим отсюда, – сказал он. – Но я рад, что теперь свободен от Монодин.
Он повернулся к шлюзу корабля.
– Теперь, наверное, эта развалюха моя.
– Садитесь, и летите прямо в будущее, – сказала Мэл, заставив себя на прощание улыбнуться.
Люк перед ней закрылся; несколько секунд спустя сработали зажимы и корабль улетел.
Она поспешила к Доктору, который прощался с ново-александрийцами.
– И запомните, – говорил им он, – если вы на своей планете наведёте порядок, то перестанете быть такой доступной жертвой. Хватит уже сваливать в кучу всё, что вы нашли или узнали – устройте большую библиотеку. Если правильно всё сделаете, люди будут платить за то, чтобы взглянуть на ваше добро.
Дверь их корабля закрылась, и они улетели.
– О чём это ты? – спросила Мэл, когда они шли к ТАРДИС.
– Ново-александрийцы знамениты тем, что как сойки собирают всякое барахло, – сказал он. – Особенно им нравятся книги, что, как мне кажется, говорит об их стремлении к знаниям. Но информация, которую они так увлечённо собирают, никогда не обрабатывается и не каталогизируется. Фигоуви нужна была эта их кипа знаний, которую можно было бы выгодно продать на открытом рынке. Я им посоветовал собраться вместе и начать сохранять данные как следует. Тогда бы они не приняли такое сомнительное приглашение, которое прислал им Фигоуви.
Они подошли к ТАРДИС. Доктор с многозначительным видом спросил:
– Твой друг благополучно улетел? Вы с ним, похоже, хорошо ладили.
Мэл закатила глаза:
