Сюда, на тесную лестничную клетку, на которой они сейчас стояли, выходили двери четырех квартир.
Квартира номер 36 должна была находиться на девятом этаже, и Молчанов, войдя вместе с Радичем в кабину, нажал кнопку 9.
Дверь с цифрой 36 на девятом этаже оказалась обычной, из прессованного дерева, с облицовкой под дуб и со смотровым глазком.
Встав так, чтобы его нельзя было увидеть, Молчанов достал пистолет. Радич тоже вынул пистолет и кивнул: открывай.
Открыв по очереди оба замка, Молчанов вошел первым, Радич, войдя вслед за ним, прикрыл за собой дверь.
Они стояли, держа пистолеты на изготовку, готовые в любой момент выстрелить. И вдруг услышали мычание.
Такое мычание мог издавать только человек, который не может открыть рот.
Мычание доносилось из ближайшей комнаты, и Радич покосился в ту сторону.
Толкнув дверь в комнату, Молчанов увидел Инну. Она сидела в кресле, стоящем в центре комнаты, ее рот был заклеен упаковочным скотчем. Таким же скотчем были обмотаны ноги и руки. Увидев его, замотала головой.
Подойдя, он осторожно отлепил скотч. Сморщившись, она заплакала. Присев, он сказал:
— Инна… все в порядке… Успокойтесь… Мы здесь…
Она продолжала плакать, всхлипывая и мотая головой.
— Не знаете, вы здесь одна? — спросил Радич.
Посмотрев на него, она зашептала сквозь слезы:
— Не знаю… Не знаю… Я ничего не знаю… Заберите меня скорей отсюда… Они вернутся… Они сейчас вернутся…
— Не бойтесь. Подождите, я вас распутаю. Сергей Петрович, принесите воды, а?
— Сейчас…
Радич исчез. Освободив руки и ноги Инны от скотча, Молчанов спросил:
— Давно вы здесь?
— Не знаю… В этой комнате нет часов… А мои они сняли…
— Хотя бы примерно?
— Не знаю… Часов десять, может быть, больше…
— И все время сидели связанная?
— Нет… Они привезли меня ночью… Откуда они меня везли, я не знаю, я выходила с повязкой на глазах, с залепленным ртом… Когда мы сюда вошли, они меня сразу заперли в этой комнате… Говорят, можешь спать… Но я так и не смогла заснуть… Утром дали поесть… А примерно полчаса назад связали… И залепили рот… Сказали, что скоро придут… И ушли… Я слышала, как захлопнулась дверь…
— Чья это квартира, не знаете?
— Не знаю… Когда мы входили сюда, было темно… Они шли рядом… Они сказали, если я крикну, они меня застрелят…
— Сколько их было?
— Двое… Два таких здоровых бугая… Они меня все время возили… С места на место…
Вернувшись со стаканом воды, Радич сказал:
— Кроме нас, в квартире никого нет. Инна, выпейте…
— Спасибо… — Взяв стакан, выпила его до дна. Всхлипнув, сказала: — Уйдемте скорей отсюда. Они сейчас вернутся. Скорей, пожалуйста.
— Хорошо. — Молчанов встал. — Идем.
Инна встала вслед за ним. Вид у нее был неважный, волосы растрепаны, на белой кофте во многих местах виднелись следы грязи, черная юбка измята.
Встретив взгляд Молчанова, посмотрела сначала на него, потом на Радича:
— У меня ужасный вид, да?
— Все в порядке, — сказал Радич. — Немножко растрепаны волосы, и все.
— Представляю, как я выгляжу. Тут где-то должна быть моя сумка… — Оглянулась. — Вот она… — Взяла лежащую на диване сумку. — Подождите секунду, я переколю волосы.
В ванной Инна пробыла не больше трех минут. Когда она оттуда вышла, следов слез на лице уже не было, волосы были заколоты. Но лицо было испуганным.
— Что случилось? — спросил Радич.
— Документы… В сумке нет документов…
— Каких документов?
— Моего паспорта. Разрешения на ношение оружия для Павла. И резюме посольства. Они их взяли… — Шмыгнув носом, сказала: — Что делать?
— Может, стоит поискать здесь? — предложил Радич. — Они могли их вынуть и куда-то положить.
— Хорошо, давайте попробуем, — сказал Молчанов.
Инна вцепилась в его руку:
— А если они придут? Павел, я боюсь.
— Не бойтесь. Чтобы осмотреть квартиру, нам хватит десяти минут. Сергей Петрович, начали.
Быстро, не теряя ни секунды, они начали проверять в квартире все места, где можно было спрятать документы. Осмотр ящиков, шкафов, книжных полок и самих книг, ниш в ванной и кухне и даже вентиляторов в стенах ничего не дал.
Инна сидела на диване с отсутствующим взглядом, покусывая губы. Было ясно, сейчас ею владеет только одно чувство: страх.
— Паша, может, они спрятаны с тыльной стороны картины или фотографии, — сказал Радич. — Если нет и там, уходим.
Они начали проверять висящие на стенах картины и фотографии. Радич вскоре сказал:
— Есть.
Документы были спрятаны с тыльной стороны одной из картин. Целлофановый пакет, в котором лежали документы, был засунут за картон, закрывавший картину сзади.
Первым из квартиры, держа руку на рукоятке «Макарова», вышел Молчанов. Логику многих событий он пока уловить не мог, но склонялся к тому, что кто-то из соперничающих бандитов, а может, и из своих, хотел убрать Буруна и убил его, напав на след во время похищения Инны.
Этому человеку было зачем-то нужно, чтобы он, Кузя, нашел Инну. Этим, и только этим объясняется звонок неизвестного в квартиру на Звездном бульваре.
Когда они вышли из подъезда, в узком и длинном дворе все оставалось без изменений. Двор, если не считать сидевших в углу на скамеечке старушек, был пуст.
