— Минут десять, я вам покажу. Когда двинетесь от гавани, пройдете мимо гостиницы «Херитэдж», она будет справа, перейдете через дорогу и увидите слева автобусную станцию. Это очень просто.
Войдя в гавань Хаяниса, Харви ловко подвел катер к причалу. Попросил Молчанова подать швартов, спрыгнул на доски. Приняв канат, сказал:
— Сэр, когда будете возвращаться, позвоните мне, я вас встречу. Только обязательно позвоните заранее, чтобы вам не пришлось зря ждать в гавани. Сами видите, путь неблизкий. И запомните этот причал. Это наш персональный причал, когда будете возвращаться на остров, я буду ждать вас здесь.
Благополучно сев в Хаянисе на автобус, Молчанов меньше чем через час был в Бостоне. Еще через полчаса он сел в самолет, который ровно в семь вылетел в столицу США.
Самолет приземлился в Вашингтонском национальном аэропорту. В справочной при аэропорте ему объяснили, что до Шелтауна, находящегося за Чесапикским заливом, придется добираться на трех автобусах, зато до Фредериксбурга прямой автобус довезет меньше чем за час.
Полупустой автобус, в который он сел, хоть и двигался с многочисленными поворотами и делал частые остановки, действительно доставил его до Фредериксбурга за пятьдесят минут.
Сойдя, Молчанов огляделся.
Он хорошо знал такие маленькие американские городки. Сейчас, утром, он вряд ли увидит кого-то, к кому просто так можно подойти и спросить: «Скажите, вы не знаете, как я могу найти Джейсона Халлоуэя?»
Он стоял лицом к трехэтажному дому. Вывеска над дверью прямо перед ним оповещала, что здесь размещается контора, занимающаяся продажей и сдачей внаем домов, вывеска чуть дальше сообщала, что под ней находится «Салон Тони, стрижка, дизайн, прически для мужчин и женщин, мастер-стилист». Повернувшись, увидел небольшую площадь, на которой не было ни одного человека.
Снова взглянул на вывеску «Салон Тони», подумал: ведь парикмахерская — место, где можно выяснить практически все. Потрогал волосы. Прическа была в норме, последний раз в парикмахерскую он заходил дней десять назад, еще в Москве. Но ведь подравнять волосы никогда не мешает.
Подойдя к парикмахерской, открыл дверь.
Салон Тони оказался средних размеров комнатой, в которой были установлены два вращающихся кресла для клиентов. В углу виднелась конторка, за конторкой — плюшевая занавеска, скрывавшая, как можно было понять, вход в служебное помещение.
В тот момент, когда он вошел, комната была пуста. Оглядев развешанные по стенам плакаты с изображением женских и мужских причесок, сказал громко:
— Хэлло? Хэлло, есть здесь кто-нибудь?
Несколько секунд в комнате стояла тишина. Затем за занавеской послышались шаги, раздался низкий с легкой хрипотцой голос:
— Да, сэр… Конечно, сэр…
Обладателем голоса оказался типичный итальянец, с орлиным носом и вьющимися волосами, отпущенными, несмотря на легкую плешь, почти до плеч.
Дружелюбно взглянув на Молчанова, вышедший из-за занавески сказал:
— Доброе утро. Хотите подстричься?
— Да. Хотелось бы немного подравнять прическу.
— Пожалуйста. Сумку можете положить на стул, куртку повесьте вот сюда, на вешалку. И садитесь. Сейчас все сделаем.
Повесив куртку и оставив сумку на стуле, Молчанов сел в одно из кресел. Человек достал из тумбочки белоснежную салфетку, осторожно заправил ее за края его тенниски. Внимательно осмотрев голову Молчанова, спросил:
— Хотите оставить прежний стиль? Или новую прическу?
— Я не хотел бы ничего менять. Просто подравняйте то, что есть.
Парикмахер долго работал молча. Наконец осторожно предположил:
— Сэр, по-моему, я никогда вас в нашем городе не видел.
— Вы угадали, я никогда здесь не был.
— По-моему, вы приехали утренним автобусом?
— Да, вы опять угадали.
— Догадаться довольно просто, сэр. Вы зашли вскоре после того, как ушел автобус. Надолго к нам?
— Сам не знаю. — Встретив в зеркале недоуменный взгляд, Молчанов спросил: — Вы ведь и есть Тони?
— Да, я и есть Тони.
— Тони, тут дело такое: мне нужно найти в этом городе одного человека.
— Одного человека? — Парикмахер взял гребенку и ножницы. — А кто именно вас интересует?
— Джейсон Халлоуэй. Случайно, не слышали о таком?
Мягко, будто не желая обидеть Молчанова, Тони сказал:
— Конечно, сэр, я о нем слышал. Да я вообще хорошо знаю Джейсона Халлоуэя. — Спросил не без настороженности: — У вас к нему какое-то дело?
— Никакого. Я приехал, чтобы посмотреть его скульптуры.
— Да, да, конечно. — Ножницы залетали и защелкали вокруг его головы в такт словам Тони. — Он скульптор, Джейсон. Вообще, не думайте, Фредериксбург хоть и маленький городок, но у нас тоже есть свои достопримечательности. Здесь недалеко родился Абрахам Линкольн. Потом, рядом с нами есть Национальный военный мемориал полевых битв, Национальное военное кладбище. Да и еще много чего интересного. Вы ведь, как я понял по выговору, из Нью-Йорка?
— Из Нью-Йорка.
— Ну да, ну да. Тогда все понятно. Вы ведь знаете, кто такой Джейсон? Помимо того, что он скульптор?
— Я знаю, он родной брат владельца банка «Атлантик Америкэн».
