Роскошный спа-курорт, расположенный в средневековом английском замке, приглашает состоятельных дам встретить Рождество и Новый год в райских условиях и приятном обществе!Заманчивое предложение — особенно для женщин, которые не желают проводить праздничную неделю в одиночестве…Каждой из посетительниц — знаменитой журналистке и популярной сценаристке, нейрохирургу и автору бестселлеров, молоденькой маникюрше и зрелой матроне — отчаянно хочется поделиться наболевшим с остальными. Почему бы и нет? Ведь они никогда больше не встретятся, а отвести душу в чисто женской компании так приятно!Одна за другой дамы начинают рассказывать свои истории…
Это объявление я нашла в ноябрьском номере «Вог» и внимательно изучила его, чувствуя себя в тот момент особенно одинокой, бесприютной и неприкаянной. Старые номера «Вог» вообще-то не мое чтиво — на носу были зимние праздники, и до Рождества оставалось три дня, — а журнал подвернулся мне в парикмахерской. Зовут меня Фиби Фокс. Кто я такая? Блондинка неопределенного возраста. В парикмахерскую я рванула, поскольку пришла пора покрасить отросшие корни и высветлить перышки. Я сломала голову, куда бы податься на праздники. Решать надо было срочно, но для начала требовалось разобраться с волосами.
— Так позвони в этот «Касл-спа», — посоветовала мне парикмахерша Паулина. — Узнай, остались ли у них свободные места, и запишись. Займись собой! Ты же пашешь как проклятая!
Приятно слышать такие слова от человека, вот уже больше двадцати лет проводящего на ногах пять дней в неделю. Сама-то я писательница — то есть хотя бы сижу во время работы. Паулина себе такого позволить не может. Целый день крутится как белка в колесе — это ж какая нагрузка на поясницу! Паулину я знаю много лет. Она мне и советчик, и «жилетка» для нытья — жизнерадостная, стойкая, работящая, великодушная и к тому же всегда оказывается права.
Пока волосы красились, я позвонила в «Касл-спа» по мобильному. Секретарша записала мои координаты и обещала перезвонить через пять минут.
— Наверное, пробивает тебя по базе — действительно ли ты преуспевающая клиентка, — предположила Паулина, — По мне, так очень даже преуспевающая.
Я очень хотела на это надеяться. Последний раз зайдя на «Гугл», я обнаружила пятьсот двадцать три тысячи посещений моего сайта. Мои романы изучают литературоведы в американских университетах — это, конечно, не слава, но все же внимание. Следующую клиентку Паулина отшила ради меня, и мы уединились, чтобы выпить вина.
Секретарша из «Касл-спа», представившаяся мне как Беверли — а для друзей просто Бев, — перезвонила через четыре с половиной минуты и сообщила, что у них есть одно-единственное свободное местечко на десятидневный рождественский заезд — и то лишь благодаря чьему-то неожиданному отказу. Рождественские каникулы, оказывается, считались в «Касл-спа» особым периодом — всего шестнадцать гостей вместо обычных сорока. Персонал отпускали домой на праздники — ведь на Рождество всем полагается отдыхать. Зато клиентов обслуживали лучшие косметологи и повар, выписанный не откуда-нибудь, а из самого Белого дома.
— Да, да, — промурлыкала я. — Раз так, запишите меня.
Накануне у нас на кухне протек потолок — из-за потопа, случившегося в ванной. Ванную вообще залило. Потоп, конечно, произошел не сам по себе, а по милости моего мужа Джулиана — уходя из дома, он оставил кран открытым. Но Джулиана, я не осуждаю — сама ничем не лучше. Во всем доме накрылось электричество — ну и отопление, соответственно, тоже. Я опасалась за свои файлы, но включить компьютер и проверить, целы ли они, не могла. В таком вот сумбурном настроении я отменила назначенный на двадцать второе число рождественский ужин — только для родственников и друзей, — зато с радостью записалась на следующее утро к Паулине, не сомневаясь, что найду в ней искреннее сочувствие и понимание.
Пока мы с Джулианом безуспешно метались в поисках слесарей и электриков, из Вичиты (это в Канзасе) позвонил его отчим и огорошил новостью — мать Джулиана умудрилась навернуться и сломать шейку бедра. Разумеется, Джулиан вынужден был все бросить и мчаться туда. В такое горячее времечко билетов обычно не достать; впрочем, для Джулиана место все же нашлось. Но не для меня. До самолета оставался всего час. Вот так к нам пришла разлука — событие для нас редкое, ужасное и вместе с тем волнующее своей новизной.
