Вечером сбегала в нашу рабочую лабораторию, где хранился артефакт для возвращения Гайера в свое тело. На первый взгляд все было так, как я оставила, но я все-равно проверила все компоненты, в том числе те, что настаивались для последующего использования. И основу – мы взяли небольшой деревянный кулон овальной формы, потому что дерево лучше всего взаимодействует с теми наполнителями, которые нам нужны, да и впитывает магию тоже неплохо. Потом вдену в него серебряную цепочку и соединю иглой их магические составляющие. Несуразно, наверное, получится: деревянный кулон на драгоценной цепочке, но мне его не носить, а так…Надеть один раз, заклинание прочитать и все. Потом он будет бесполезен.
С обезболивающим артефактом дело обстояло сложнее: пока мы отобрали всего несколько наполнителей, но их еще предстояло проверить на взаимодействие с основой. А вот её подобрать не удавалось. Моя изначальная идея состояла в том, чтобы взять не серебро, которое обычно используется для медицинских артефактов, а жемчуг – у него очень мягкая, теплая энергия. Я планировала усилить её наполнителями и придать обезболивающий эффект, но, когда мы расписали мою задумку на бумаге и составили схему, поняли, что жемчуг все-таки не подходит не моих целей. Так что нам предстояло поторопиться и выбрать другую основу. Гайер обещал помочь, но я все-равно нервничала, что не успею довести артефакт до ума к концу учебного года.
Следующий день у меня был свободен, поэтому по настоянию Гайера мы направились в башню магических сообщений, где я под диктовку написала письмо для его друга – Ромула Дейрна. Скрепила печатью Гайера и уступила тело ему – нужно было наколдовать магическую ауру адресата и перенести её на письмо. После бросила письмо в специальную магическую урну – Дейрн должен получить его в ту же секунду.
Ничего секретного в письме не было – Гайер просто просил прибыть в академию для важного дела. Так как писала я своей рукой, он упомянул пару деталей, которые знали эти двое, ну и, конечно, мы закрепили все это печатью, так что у Дейрна не должно было возникнуть вопросов, кто попросил его приехать.
Со слов Гайера я знала, что они с Дейрном познакомились в университете, только второй обучался на стража и после выпускного быстро добился высокого положения. Именно ему первому Гайер всегда показывал свои наработки и делал артефакты по индивидуальным заказам.
Поэтому я ожидала кого-то вроде профессора: серьезного умного человека, на которого можно переложить расследование и быть уверенным, что он сделает все, от него зависящее и не подведет своего друга.
А на деле увидела на пороге академии самоуверенного нахала, который встретил меня свистом и словами:
- Ух ты, какие тут студенточки… Дело обещает быть занимательным! - и окинул наглым взглядом.
Гайер решил, что лучшее место для приватного разговора – наша рабочая лаборатория, на которую он предварительно наложил дополнительное заклинание от прослушивания.
Дейрн, зайдя внутрь, удовлетворенно кивнул и, устроившись за столом, направил на меня нахальный взгляд.
- Как зовут, цыпленок? – спросил, ухмыляясь.
Бр-р.
- Цыплят не держу, - холодно ответила, инстинктивно сложив руки на груди. – Ко мне можно обращаться мисс Джойс. Я здесь по просьбе профессора Гайера и…
- Ага, - протянул он самодовольно и откинулся на стуле. – Ну и что случилось с этим занудой?
Я поперхнулась словами.
«Знаете, друзья у вас какие-то… специфичные» - заметила Гайеру.
«Это он дурачится, настроение больно хорошее», - мрачно ответил он. – «Рассказывайте нашу историю, пусть мозги напряжет».
И я начала рассказ, стараясь не упустить ни одной детали: о взрыве на уроке, сознании Гайера в моем теле, попытке напоить его зельем и моем похищении с бала.
Дейрн будто совсем меня не слушал, крутил головой, рассматривая помещение, оглядывал меня чуть ли не причмокивая – в общем, делал все, чтобы у меня сложилось о нем впечатление, как о безалаберном болване. Но я помнила, что это друг Гайера – хоть и специфичный! – значит, не может быть прост.
И действительно, когда я закончила, начался настоящий допрос и обсуждение версий. Мне пришлось служить передатчиком слов Гайера этому блондину.
Многое было непонятно, я не знала людей, о которых они говорили, но старалась передавать все в точности и быстро. Дейрн, к моему удивлению, так и не перестал окидывать меня сальными взглядами, хотя уже знал, что в этом теле я не одна. У него вообще никакого чувства такта нет?
«Поэтому мы можем…» - в этом момент Дейрн снова пялился на мою грудь, и Гайер, похоже психанул: - «Этель, передайте, что, если он еще раз посмотрит на вас таким взглядом, я ему руки оторву. А еще лучше включу в функционал следующего личного артефакта заклинание мужской несостоятельности».
Я замерла.
«Н-нет… Профессор, давайте просто побыстрее закончим и уйдет?»
«Вы вообще не можете дать отпор мужчине? А если бы меня здесь не было, а он бы к вам полез?»
