Этот камень был при нем, когда он подчинил нас с Леной. Был, когда ведун мыл нас и проверял наши тела. Был, когда Шариан внушил Зену рыть себе могилу…
Я вскочила со стула.
— На шее Шариана висел камень! Зеленый такой, помнишь?
— Смарагд, — кивнул Зен, тоже поднявшись. Я подалась к нему навстречу и прерывисто проговорила:
— Шариан меня «открыл»! Тогда, когда мыл, когда мне удалось на него напасть... Камень бы при нем, понимаешь? И каждый раз, когда он надевал подвеску с этим камнем, мои способности пробуждались! После того случая с ванной, когда я на него напала, он больше не носил ее, ни разу! И всегда смотрел на меня с опаской! Он знал, кто я, знал! Он намеренно сделал меня декоративкой, причем самой дешевой, чтобы мне никто не мог подарить дорогое украшение с камнем, ведь откуда у нищих мэнчи такие камни? Он исключил риск!
— Раз так, зачем он надел подвеску с камнем, когда пришел ко мне, зная, что ты у меня?
— Не знаю… Может, чтобы в случае чего взять контроль над ситуацией, над тобой? Собственная безопасность всего важнее. Знаешь, он ведь подошел ко мне близко только после того как меня ударили по голове и я потеряла сознание. Наверное, счел, что я в таком состоянии ничего не смогу.
— Он был трусоват, но самоуверен, — сказал Зен.
— Все сходится: камень, моменты, когда я могла внушать и когда не могла… Камни это действительно ключ! Что еще ты в книге прочитал?
— Больше ничего важного, если тебя, конечно, не интересует, как отбелить кожу, вылечить запор и омолодиться с помощью пиявок.
— Дурак! Лучше скажи, что это за камень такой «смарагд» и где его достать?
— Красивый камешек, если обработать, и очень дорогой. У Вандерии должен быть такой, а если у нее нет, то должен быть у мэз.
— Не факт, что ключом может быть любой смарагд. Что, если нужен именно камень Шариана?
— Не узнаем, пока не проверим, — ответил Зен.
Согласна. Проверить надо обязательно!
Вазраг вернулся. Вместе с ним в крепость заявились несколько мужиков из того отдаленного селения, куда его отправили «отбывать наказание»; усталая лошадь тащила телегу с тушей змея-людоеда. Встречали Вазрага как героя: казалось, все мужичье высыпало во двор, к нему, и в крепости началась страшная суматоха. Вандерия по такому случаю устроила праздник. Естественно, я не была на том празднике и подробности узнала от Тредена. Он рассказал, что никто и не вспомнил, за что был наказан Вазраг, люди вели себя так, словно он по своей воле отправился в глушь и выручил живущих там людей, избавив от опасного змея. «Героя» обхаживали, поздравляли, благодарили, а он, довольно щурясь, обещал раздать своим товарищам самые ценные части змея – на амулеты… Клычки он планировал оставить себе, а шкуру матери вручить. На мэз этот мерзавец произвел такое сильное впечатление, что в ту же ночь они обе захотели принять его у себя. Да вот только ему самому наверняка хотелось у Кетнея оказаться, нежели у них.
День, второй, третий… Неделя прошла, а Утхад все еще радовался возвращению своего первого всадника и якобы самого сильного и достойного мужчины. Если до этого я гуляла иногда, то теперь почти не показывала носа из комнаты – настолько не хотела видеть этого человека. Да и Млада было страшно отпускать на охоту. Вазраг, увидев волка, из-за которого все и началось, мог бы убить его на месте по любому надуманному предлогу, и никто бы его не упрекнул. Уверена, даже если бы он напал на меня саму, ему бы на этот раз все сошло с рук. В крепости меня считали странной и ненавидели, некоторые – люто. Как ни старалась Вандерия представить меня жертвой Ниэрада, в это не верили.
Рано или поздно должно было что-то случиться, так что Вандерия решила действовать заблаговременно. На третий день после возвращения любимого сыночки она пришла ко мне и поставила в известность, что написала письмо одной из главенствующих матерей, в котором попросила найти для меня, бедняжки, другое, более подходящее место в Мэзаве. В скором времени один из всадников должен был вернуться в Свею Ноглану; с ним Вандерия и планировала отправить письмо. Помимо этого, мэза предупредила меня о том, что впредь не станет защищать меня (ха-ха!), если я совершу какую-то ошибку. Она дала понять мне, что я неугодна в Утхаде и должна его покинуть.
Я согласилась и уверила ее, что ради всеобщего спокойствия и гармонии готова покинуть крепость. Я и в самом деле мечтала как можно скорее убраться из Утхада… но не куда-то в другу часть Мэзавы, а домой!
Ванде благодушно кивнула и сказала, что мое пребывание здесь принесло и хорошие плоды: Утхад приобрел гуи и нового всадника. То есть только я должна была покинуть крепость, а Тредена и Зена она хотела оставить себе. Млада, полагаю, тоже… правда, недолго бы волк прожил здесь вместе с Вазрагом…
