Добавленная в шампанское водка помутила рассудок обеих дам, нарушив очень быстро не только их речь, но и координацию. Им трудно было стоять на месте, головы кружились, язык заплетался. Всё время хотелось пить, но вместо минералки им давали водку или водку с шампанским. При этом сами мужики ничего не пили. Они курили, смеялись и как-то однобоко пытались ухаживать за пьяненькими дамами.
Уже через полчаса Оля и Тома сняли с себя платья. Они наивно полагали, что, оставшись без одежды, им будет не так жарко. Оказалось всё в точности до наоборот. Первым начал действовать адвокат.
– Оля, а ты знаешь, что над моей кроватью можно увидеть на потолке Мадонну?! – Монзиков сморозил очередную глупость и взяв Ольгу за руку повел ее в комнату, где чуть ли не силой завалил на кровать Садыка.
– Ой, что ты делаешь? – кокетничала пьяная Ольга. – Не надо, не надо…
– Тихо, тихо! Всё будет нормально, – Монзиков снял сначала с себя, а затем с Ольги трусы и начал расстегивать лифчик.
– Слушай, ну тот же Тома с твоим чучмеком, – как-то вяло сопротивлялась Ольга. – Ты понимаешь, что они могут увидеть, а?
– Да всё будет тип-топ! Вот смотри, – сказал Монзиков и безо всякой прелюдии начал свою работу.
Его движения были ровными, не очень быстрыми. Могло показаться, что он – не герой-любовник, а бегун-стайер. Поначалу Ольга лежала пассивно, но затем и она включилась в процесс. Кровать безбожно трещала и скрипела под натиском горе-любовников, которые вспотели, устали и которым было безумно легко на душе. Словно какой-то большой камень упал с их сердца. Оба почувствовали облегчение и надвигающийся сон.
– Эй, ты что делаешь, а? – чуть ли не крича, спросила Тома, которая решила вдруг проверить, где находится её подруга. – Ты что, охренел, что ли? А? Оля, что он с тобой сделал, а?
– Да я ничего с ней не сделал, – стал оправдываться Монзиков, – мы просто лежим вместе, понимаешь мою мысль, а? Посмотри, у меня даже и мысли такой нет, чтобы это…
– Оля, а почему ты – голая? – не унималась мгновенно возбудившаяся Тома.
– А я и не знаю, если честно, – промямлила Ольга, которая очень хотелось спать и которой было очень комфортно лежать на подростковой кровати в обнимку с адвокатом.
– Саня, ты же обещал, что не будешь драть Олю на моей кровати! – взорвался Садык, который зашел в комнату после Томиного крика.
– А я и не делал ничего, – Монзиков встал с кровати и включил в комнате свет. – Вот, посмотри, – и он показал рукой на маленький, мокрый, уныло висевший орган.
Оля лежала на боку. Под её попой было большое пятно. Подушка была тоже замочена, а у спины валялось влажное полотенце для рук, которым вытирался Садык.
В комнате воцарилась тишина. Оля быстро встала, выключила свет и ушла в ванную. Монзиков к тому времени стоял босиком, но полностью одетым. Тома и Садык снова вышли на лоджию. Вмиг протрезвевшая подруга не знала, что и делать.
– Слушай, Тома, а давай с тобой выпьем, а? – Садык налил Томе в стакан водки, а себе – минералки.
– А, давай! Пропади оно всё пропадом, уроды… – сказала Тома и залпом выпила полный стакан.
Дыхание перехватило. Глаза вылезли из орбит. Ртом она пыталась глотать воздух, но дышать она не могла. Водка прошла вглубь её организма, обожгла всё внутри и парализовала дыхание на несколько секунд.
Садык вдруг решил, что пора ему начать действовать. Он решительно взял Тому за руку и в точности до мелочей повторил Монзиковский маневр с Ольгой. Единственное отличие было в том, что подушку они оставили под головой дамы.
У Садыка всё получилось гораздо динамичнее, быстрее и эффективнее. Монзиков всё время курил, лёжа на своей постели, наблюдая за движениями тел напротив. Когда из ванны вышла мокрая Ольга, то она увидела обнаженных Садыка и Тому, только что заснувших и обкуренного сигаретами Монзикова, засыпавшего калачиком в одежде на своей кровати. Ни слова не говоря, Ольга оделась и только перед уходом разбудила Тому, мирно сопевшую в волосатую подмышку Садыка.
– Тома, вставай! Давай, просыпайся! – будила подругу Ольга.
– А, что? – не могла ничего сообразить сонная Тома.
– Давай, одевайся и пошли скорее в номер, – подгоняла подругу Ольга.
Утром за завтраком все четверо встретились с помятыми лицами. Ольга с Томой хоть и были наштукатурены и тщательно причесаны, однако вид у них был несчастный и усталый. Мужики же выглядели ещё хуже. Монзиков забыл застегнуть в брюках ширинку, а у лысого Садыка остались на лбу следы от помады. Смотреть на бравую четверку было и грустно, и смешно.
«Коля, я жду тебя у заднего прохода».
Плотно позавтракав, все четверо отправились на санаторный пляж. В битком набитом автобусе ехали стоя и молча. Монзиков с нетерпением ждал холодного пива, Садыку было всё равно, лишь бы плюхнуться на топчан или на гальку и спокойно полежать, а женщины мечтали окунуться и поспать в тенечке у воды.
