— Мне худо... — простонал Ницан. — Лугаль, имей совесть, найди чего-нибудь выпить. Хотя бы пива. Иначе я сдохну прямо тут. И унесу с собой в могилу разгадку убийства Тукульти... Боже мой, разве можно носить такие имена?
При виде позеленевшего лица сыщика Лугальбанда, собиравшийся было прочесть приятелю очередную нотацию, захлопнул рот, взял детектива под руку и быстро повлек в боковую галерею. Здесь, в самом конце обнаружилась небольшая, вполне обжитая комната. Находившийся уже в полуобморочном состоянии Ницан усмотрел в глубине подсвеченный бар с десятком бутылок. Вырвавшись из цепких рук мага-эксперта, он издал восторженный вопль и бросился вперед. Первой попалась под руки бутылка лагашской горькой.
Опустошив ее на треть, Ницан облегченно вздохнул и плюхнулся в одно из двух причудливой формы кресел, стоявших посередине, рядом с журнальным столиком.
— Мне тут нравится больше, чем в гостевых покоях, — заявил он. Гораздо больше. Уютно, спокойно. Если ты не возражаешь, Лугаль, на время расследования я поселюсь здесь.
— Как хочешь, — ответил Лугальбанда. — Я не возражаю.
Ницан одобрительно хрюкнул — говорить он не мог, поскольку вновь присосался к лагашской.
— Только, знаешь, может возражать хозяин, — добавил маг-эксперт.
Сыщик отставил бутылку и удивленно взглянул на полицейского. Удивился он не столько тому, что у привлекательного во всех отношениях помещения оказался хозяин, сколько тому, что этот хозяин может возражать против его, Ницана, присутствия здесь.
— А кто здесь живет? — осведомился сыщик.
— Референт убитого, — ответил Лугальбанда. — Как ты сам понимаешь, мы не могли позволить ни ей, ни секретарю господина Тукульти, ни его охранникам окинуть резиденцию.
— Пусть живет, — великодушно разрешил Ницан. Вдруг до него дошло. Постой, ты сказал — ей?
— Референт Шаррукена Тукульти госпожа Сарит Бат-Сави, — сказал маг-эксперт. — По-моему, ты не очень внимательно слушал рассказ их превосходительств господина президента и господина министра. И целителя Думмузи-Хорэфа тоже. На всякий случай, напоминаю: именно госпожа Сарит первой обнаружила труп... — И оглянувшись на раздавшийся в коридоре дробный стук каблуков, добавил: — А вот, кстати, и она сама.
Госпожа Сарит оказалась молодой высокой женщиной с красивым, но холодным лицом, обрамленным серебристыми — по последней моде — локонами. Насчет фигуры Ницан ничего сказать не мог — наряд Сарит Бат-Сави состоял из черной траурной хламиды, способной скрыть любые достоинства и недостатки.
Остановившись у входа, референт покойного с неприятным удивлением воззрилась на вольготно расположившегося в кресле небритого типа в потертой куртке.
— Что вам здесь нужно? — грозно спросила она. — Какого черта... Чем вы занимаетесь в моей комнате?
— Пью, — ответил Ницан и в подтверждение сделал еще один глоток из бутылки. — В трезвом состоянии я мало на что способен, можете спросить у Лугаля.
— Сейчас вы и в пьяном состоянии окажетесь мало на что способны, пообещала госпожа Сарит. — Сейчас я вызову охрану...
— Минуточку, госпожа Бат-Сави, — вмешался Лугальбанда. — Этот господин приглашен его превосходительством для расследования убийства вашего шефа. Его зовут Ницан Бар-Аба, частный сыщик. Вообще-то он пришел для того, чтобы задать вам несколько вопросов...
— И на этом основании успел налакаться как свинья, причем опустошив мой бар? — возмутилась госпожа Бат-Сави.
Ницан как раз в этот момент мучительно искал, что бы такое хитроумное спросить у суровой дамы, обиделся.
— Во-первых, я не налакался, — заявил он. — Просто вчера у меня был день рождения, и я немного перебрал. А утром меня притащили сюда, и я не успел опохмелиться, — насчет дня рождения Ницан мог говорить с чистой совестью, поскольку давно забыл истинную дату своего появления на свет. Так что я всего лишь поправил здоровье. А во-вторых, — он показал бутылку, в которой еще находилось на два пальца настойки, — это означает, по-вашему, опустошить бар? — Ницан презрительно хмыкнул. — В таком случае, у нас с вами разные представления о гостеприимстве, мадам!
Госпожа Сарит мрачно посмотрела на Лугальбанду, молча разведшего руки, затем на сыщика.
— Ладно, — она сменила гнев на милость, прошествовала в комнате и села напротив сыщика. — Задавайте вопросы. Что вы хотели у меня спросить?
— Действительно, — Ницан повернулся к магу-эксперту, — а что я хотел у нее спросить?
— Ты хотел спросить, где она находилась в момент убийства, — подсказал Лугальбанда.
— Разве? — удивился Ницан. — Хотя да, кажется именно это я и хотел спросить, — он с сожалением отставил выпивку. — Итак, госпожа Сарит... сыщик вдруг замолчал, а потом задал совершенно другой вопрос: — Госпожа Бат-Сави, это не вы, случайно, убили господина Шаррукена Тукульти?
Референт задохнулась от неожиданности, Лугальбанда тоже онемел, а Ницан, воспользовавшись паузой быстренько допил настойку и удовлетворенно улыбнулся.
— Вот теперь я чувствую себя лучше, — сказал он. — Что же, госпожа Сарит, из вашего выразительного молчания я делаю вывод, что вы не желаете признаваться в убийстве своего начальника.
