На звон стали сбежались слуги, и теперь бестолково топтались у входа в бальный зал, где пели песни наши скрещенные с наставником клинки. Наставник уже по третьему разу выбил шпагу у меня из рук.
— Да что с тобой сегодня? — гневно воскликнул он. — Ты совершенно не внимательна.
— Я путаюсь в подоле, — крикнула я, пытаясь провести хоть одну нормальную атаку. — Какой идиот придумал платья?!
— Представь, что я это он, — усмехнулся Дайанар.
— У меня к вам свои претензии… Но почему бы собственно и нет, — решилась я и направила на наставника весь свой праведный гнев.
Подол вдруг перестал оборачиваться вокруг ног, и я, наконец, смогла загнать его в угол. В дверях раздалось тихое "ах", когда кончик моей шпаги прижался к груди наставника. Он довольно засмеялся и потребовал принести воды, раз уж прислуге нечем заняться. Намек был моментально понят, и вскоре дверной проем опустел. Я вообще заметила, что прислуга не просто слушалась своего хозяина, они его уважали, может даже и любили. На меня поглядывали с любопытством, о чем-то перешептываясь, когда думали, что я не вижу. Меня это немного раздражало, если честно.
Дайанар забрал у меня шпагу, показав, что на сегодня мы закончили. Я опустилась на мягкий диван чик у стены и наблюдала, как он пересекает зал своей мягкой скользящей походкой, настоящий хищник. Гибкий, грациозный хищник. Я невольно залюбовалась им. Он исчез, унося шпаги, а я откинулась на спинку, размышляя, что же все-таки ему надо от меня? Может мое родство с императором породило какие-то нездоровые идеи в предприимчивом мозгу моего наставника? Настроение немного испортилось, и я отогнала от себя эту мысль. Нет, только не Дайанар. Да и не знал он ничего об этом, когда мы еще были в школе… или знал?
Когда он вернулся, я уже сидела хмурая и снова обиженная. Наставник присел со мной рядом и пристально поглядел на меня.
— Что опять случилось с моей малышкой? — спросил он. — Отчего опять сердитая складка пересекла этот милый лоб?
— Вы знали, что я состою в родстве с императором? — прямо спросила я.
— К чему этот вопрос?
— Просто ответьте, вы знали?
— Дэла, сейчас же объясни, что за очередная странная мысль посетил твою головку? — потребовал Дайанар.
— Вы сказали, что у вас планы на меня, вот я и…
— Брайтис! — ух, как глазами сверкнул, даже как-то не по себе стало. — Ты в своем уме?! Ты в чем меня решила обвинить?!
— Просто ответьте, — устало попросила я.
— Нет, я не знал! — он вскочил и прошелся по залу, пытаясь успокоиться. — Ты понимаешь, что тебе удалось в первый раз оскорбить меня по настоящему? — наконец, сказал наставник более спокойно. — Какая мне нужда в императоре? Он итак мне дает слишком много. Как тебе вообще могло прийти в голову, что я через тебя что-то хочу получить?
— А что я должна была думать? — начала я злиться. — Вы вечно не договариваете. Догадайся, подумай… Вот я и думаю.
— Но почему обо мне только гадости? — возмутился Дайанар, и мне стало стыдно. Настойчиво вспомнился родной шкаф из нашей с Линкой комнаты.
— Так скажите, что хотите от меня! — не выдержала я.
— Ну, почему же ты такая дура, любовь моя? — как-то даже зло крикнул наставник, и я перестала думать о шкафе. — У тебя ведь все на поверхности, только руку протяни! А говорить не хочу, потому что рано, для тебя рано.
— Да, говорите же уже, желтоглазое вы чудовище, — все, он меня бесит! Что для меня еще рано?
— Да, тебя я хочу, дура ты несчастная, — заорал мой наставник. — Женой своей хочу видеть, настоящей, а не на задании. — и смотрит так выжидательно, а у меня дар речи пропал.
Стою и глазами хлопаю, как та самая дура. Опять замуж? За три дня второй раз? А Лин? Леди Дэланель Ианесс Гринольвис… Звучит или нет? И глаза цвета меда каждый день напротив… О чем это я?! Они сговорились что ли?!
— В-вы мне предложение делаете? — заикаясь спросила я.
— Пока нет, — ответил Дайанар, и у меня рот открылся еще больше. — Ты разве готова дать ответ?
— Н-нет, — а сама согласно киваю зачем-то.
— Н-нет, — передразнил он меня. — Вот поэтому и не делаю, и не говорю ничего. А ты клещами тянешь, зараза.
— Хам, — машинально отвечаю я, все еще пытаясь собрать мысли вместе, а потом выдаю. — Но ведь Лин собирается просить моей руки у родителей…
Язык мой- враг мой, воистину. Краска отлила от лица моего наставника, в глазах такой огонь начал бушевать, что я даже голову втянула в плечи. Он стягивает меня с моего диванчика и запускает его через весь зал, откуда силы-то столько? Мама, как же мне страшно… Но Дайанар молча вышел из зала, по дороге еще раз пнув многострадальный диван, и я облегченно выдохнула. Жива-ая… Откуда-то из глубины дома послышался грохот, потом лошадиное ржание и цокот быстро удаляющихся копыт. Я добрела до диванчика и тяжело опустилась на него, ощутив, как трясутся мои бедные ножки.
