А те символы сердца, что она рисует вечером, проходя мимо его спальни… Думает, никто не видит, не слышит, не чувствует, а все равно не сдается. Вот ведь упертая… Ощутить бы привычное раздражение, вот только нет-нет, да примешается крохотная доля уважения за стойкость духа. Ее стукнешь, а она в ответ погладит.
Плюс ко всему каким-то образом прознала про грядущий праздник, и теперь, как из рога изобилия, сыпались вопросы: будут ли отмечать дома? Сколько человек? Как украсить помещения? Что приготовить? А ведь он даже не упоминал, что хотел бы помощи или содействия. Приходилось молча качать головой и наблюдать, как Меган пытается выяснить детали самостоятельно: осматривает комнаты, что-то прикидывает, делает звонки и заметки, размышляет, планирует. И не прикажешь ведь прекратить – уж совсем по-скотски получится.
Вчера она весь вечер что-то писала, нашла лист бумаги, ручку и несколько часов карпела над каким-то текстом. То сосредоточенно выводила буквы, то фыркала, то улыбалась, то с загадочным видом перечитывала написанное. Хоть бы слово разглядеть, вот только камера оказалась точно за спиной. Или спина точно перед камерой. Совпадение?...
И все чаще неспособный и уже, признаться, не желающий уходить от мыслей Одриард принимался размышлять над тем, почему когда-то просто не забрал нож. Ведь мог бы… Почти так и сделал в Соларе, просто исчез по истечении двух недель, на которые, опять же, сам согласился, но после вновь пошел на уступку – принес запрошенный предмет на день рождения, когда узнал, что она в Нордейле.
Зачем?
Прав бы Мак, не говоря уже о Халке – Дэлл сам выбирал то, что получал. Причем всякий раз. И всегда ли то происходило против воли или же по зову сердца?
Почему иногда вид покачивающихся над бумагой волос вызывал желание дотронуться до них, убрать выбившуюся прядь за ухо? Почему на вопрос, любит ли он воздушные шары, хотелось улыбнуться? Очень хотелось, почти нестерпимо. А после горячего завтрака хотелось подняться наверх и поблагодарить. Пусть не заказывал, но все равно приятно, а простое «спасибо» ни к чему не обяжет.
Можно ли подобные позывы рассматривать изменой самому себе? Зарекался, что не даст спуску, обещал держать каменную маску на лице и сердце, а сам думает о той, кто ночами лежит наверху, в крохотной комнате на жестком матрасе. Позвать ближе – гордость взвоет, а в очередной раз оттолкнуть – самому больно. Да и за что отталкивать, собственно… За идиотскую просьбу о кольце, которая другими словами должна была прозвучать «просто хочу побыть рядом»? Лучше бы обошлась без последнего приказа, просто попросила. Ведь понял бы, черт ее дери, понял бы…
А так… одно неверное слово, и два умных человека враз сделались дураками. И вместо того, чтобы совместно готовить на кухне попкорн и после совместно же его поедать в кинозале, обмениваясь шутками и комментариями, сидят каждый в своем углу, мечтая о шаге навстречу, который ни один так и не сделал и, возможно, так и не сделает.
А могли бы… Да много чего могли бы, если уж отбросить предрассудки и отпустить кусающуюся обиду. Могли бы, например, сидеть по вечерам в гостиной, наслаждаться совместными завтраками и ужинами, выходить на улицу, чтобы пройтись по магазинам, гулять в парке, даже, если уж на то пошло, мастерить в лаборатории взрывчатку. Интересы схожие, и у каждого есть свой багаж знаний, которым можно поделиться. Дэлл вот, например, до сих пор о магнитных замках и криптографии знал лишь поверхностно и с удовольствием послушал бы пару лекций на данную тематику. Пусть не лекций, но просто историй из жизни - грустных, забавных, поучительных, любых. С удовольствием послушал бы.
А если еще и скрытую тягу к сближению выпустить на волю, тогда в сценарий могли бы добавиться совместные ночи, жаркие поцелуи в течение дня, взрывные порывы страсти там, где нахлынет, и заполняющая каждый уголок души нежность.
Стоит ли врать, что он ничуть не наслаждался подобными моментами в прошлом? Кому врать, для чего? Наслаждался и очень. Нежные руки, поглаживающие спину, ласковые пальцы, перебирающие волосы, любящий взгляд напротив и океан тепла внутри – один на двоих. Моменты близости тел и душ, моменты счастья…
Все потеряли.
Обидно.
От подобных мыслей делалось тошно.
Да, много чего могло бы быть, если бы ни мелкие ошибки, которые копятся и которые потом так трудно простить.
Дураки. Дураки.
Идиоты. Оба. И еще нестерпимо жаль, что осознание ситуации не несет за собой облегчения.
*****
Той ночью, уставшая от бесконечной череды дел, лежа в постели, я долго размышляла над разными вещами. И основной животрепещущей темой был подарок для Дэлла, идея которого наконец сформировалась в сознании – им должен стать отсутствующий в коллекции на стене пистолет. Конечно! Не могло быть лучше подарка, чем тот, подсказка на который все это время находилась у меня перед носом.
