— Зинаида Львовна, я вас тоже сейчас попрошу выйти с девочками на сцену. Мне нужно проверить освещение, а вы постойте в центре вместо меня. — Он наконец обернулся и пристально посмотрел на встревоженную женщину. — У вас всё нормально?
— Да-да, конечно выйду и постою, где скажете! — торопливо заверила она.
Зиночка стояла на сцене впервые в жизни. Она ощущала себя муравьишкой, случайно забравшимся на хозяйский стол.
«Наверное, я никогда бы не смогла выступать перед публикой…» — подумалось ей при взгляде на огромный зал, уставленный повсюду — куда только хватало глаз — овальными столами в окружении массивных стульев. С обеих сторон сцены были установлены высоченные винтовые лестницы с перилами и выступающими площадками на самом верху.
Пока Цветов, сидящий в зале, изгалялся над троицей, переставляя их в разных вариациях, словно шахматные фигуры, на сцене появились рабочие в спецовках и принялись закреплять лестницы, проверяя устойчивость конструкций.
Воспользовавшись моментом, когда фокусник разговаривал с осветителями, Зиночка дёрнула за рукав одного из техников.
— А какая высота у лестниц? — как бы между прочим поинтересовалась она.
— Семь метров — ровно столько, сколько заказывали, — охотно ответил дядечка.
Зинаида ахнула.
— Семь метров?! А общая высота до потолка?
— Десять, — пояснил техник. — И это ещё не самая большая. Я раньше сцену обслуживал — там было четырнадцать.
Зинка, задрав голову, заворожённо посмотрела на потолок. Чего там только не было! Балки, тросы, непонятные устройства и механизмы…
— Как вы со всем этим управляетесь? — Она перевела взгляд на специалиста.
— Целая наука! Даже учебники имеются, — гордо ответил он.
— Учебники? — Зинуля пыталась расположить к себе ответственного по сцене.
— Конечно, — довольный вниманием к своей персоне, мужик с удовольствием умничал перед хорошенькой незнакомкой. — Например, есть книга «Техника и технология сцены». Базанов, кажется, написал…
В этот момент Цветов отвлёкся от разговора и крикнул работникам:
— Отдохните пока! Я — в светоаппаратную. — И в сопровождении осветителей вышел из зала.
Зинуля, тут же решившая использовать момент, обратилась к собеседнику:
— Как вас зовут?
— Петрович, — растерянно отозвался дядька.
— Петрович, миленький, разрешите, пожалуйста, мне постоять наверху! Пожалуйста, я вас очень прошу! Можно я на лестницу залезу? Всю жизнь мечтала!
Петрович выглядел растерянным.
— А командир ваш ругаться не будет?
— Он даже не заметит! — Зинуля уже взбегала по крутым ступенькам.
Дойдя до верхней площадки, Князева в ужасе вцепилась в перила. Посмотрела вниз… Страшно!
«А как пловцы с десяти метров ныряют? — успокоила она себя. — Ещё на три метра выше!»
Отпустив перила и даже попрыгав на месте, Зиночка вспомнила об указаниях Фёдора и с видом знатока подёргала крюк, на который, по всей вероятности, должна была крепиться съёмная петля-рукав от костюма. Потрогала страховочный трос и даже попыталась раскачать всё сооружение.
Спустившись, она без промедления взобралась по второй лестнице, проделав всё то же самое.
— Что это было, Зинаида Львовна? — непонимающе поинтересовалась Ида.
— Выплеск, эмоциональный выплеск моего переживания за вашу жизнь и здоровье!
— А-а-а-а… — скептически протянула внучка Тусевича. — Понятно. Дед попросил. — И тоже стала взбираться по лестнице.
Динка стояла на месте и наблюдала за партнёршей.
Подошёл Петрович.
— Ну как? Понравилось?
Зинуля взяла его под руку и, сделав несколько шагов, остановилась точно позади падчерицы.
— Мне показалась, что левая лестница закреплена хуже, и такое впечатление, что при прыжке эта штуковина, за которую будет закрепляться ткань, просто отвалится… Вот на правой — всё в норме, а левая мне кажется опасной…
— Ты говори, кукла, да не заговаривайся! Зачем ерунду болтаешь?.. — Мужик нервно скинул с локтя Зинкину руку и отошёл к остальным рабочим.
Возвратившийся в зал Цветов громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание. Идочка ловко спрыгнула на пол и, взяв Динку за руку, подошла вместе с ней к краю сцены.
— Девочки, вы сейчас сами определитесь, кто на какой лестнице будет работать, — обратился к ним Свят.
— Мне всё равно, — равнодушно отозвалась Артемида и, посмотрев на Динку, добавила: — Выбирай, на какой лестнице выступать будешь!
Зинаида замерла, глядя на младшую Борисову. Динуля уверенным шагом подошла к стоящей справа конструкции и взялась за перила.
— Всё! Теперь переодеваться! Будем прогонять выступление целиком.
Больше шести часов длилась репетиция часового выступления. Зинка исполняла свои обязанности исправно. Рядом с ней в тамбуре находился Нил, которому было поручено выносить на сцену и заносить обратно детали реквизита. Парень был доволен и просто лучился энергией, в отличие от валящейся с ног Князевой.
