В этот раз не было слез и всхлипов, как тогда с Грином. Савва был просто оглушен, смутно помнил, как она с тревогой заглядывая ему в глаза спрашивала: «Что с тобой? Тебе плохо?», как они выбрались из темного зала, вышли на улицу и уселись на мокрую от дождя деревянную скамейку, недалеко от входа в киноцентр. Вернее сел Савва, а она стояла напротив, склонившись над ним и заглядывая ему в глаза. У него все плыло перед глазами, так что он видел перед собой только два больших синих пятна, в которых плескался испуг. Потом все стало четким. В одной руке она все еще держала стакан с попкорном, а в другой – две легкие спортивные куртки, свою и его. Шел дождь, капли стекали по ее длинным распущенным волосам, и она немного дрожала, то ли от холода, то ли от испуга.
– Ты промокнешь. – Сказал он, глядя как она дрожит.
Лицо ее расслабилось, она облегченно вздохнула.
– Господи, ну и напугал же ты меня! – теперь она улыбалась, вернула ему куртку, с недоумением посмотрела на попкорн, бросила его в рядом стоящую урну, присела на скамейку. – Как ты?
– Нормально. Со мной все в порядке.
– Ничего себе «в порядке»! – она фыркнула. – Ты хоть помнишь, что с тобой было?
Хотел бы он забыть это!
– Помню.
– Ну и что это значит?
– Ты правда хочешь знать?
Она колебалась какое-то мгновение.
– Ну, конечно, я хочу знать. Да. – она помолчала и добавила неуверенно. – Наверное, хочу. Может быть…
Они помолчали, потому что после того как он все объяснит, все переменится. Ни Савве, ни девушке с синими глазами этого не хотелось. Она и так все поняла, и знала, что он скажет. Она знала также, что он ничем не сможет ей помочь, а только предупредит ее, что скоро все закончится, и это было ужасно, потому что она только начала дышать полной грудью, только начала оживать! Может быть лучше, если бы она ничего не знала, может быть не стоит слушать его, а жить дальше как ни в чем не бывало, только теперь у нее вряд ли это получится.
– Нам надо поговорить. – сказал Савва.
– Да. – тихо ответила она.
– Тебе нечего бояться.
– Да. – голос ее упал до шепота.
– Мы что-нибудь придумаем. Я что-нибудь придумаю. – пообещал Савва, хотя совершенно не преставлял что тут можно придумать. Он сказал так, потому что увидел, что ее лицо стало жалким, растерянным, что она готова расплакаться, что она уже плачет.
– Не надо было брать тебя за руку. – девушка с глазами синими как море, с досадой покачала головой.
– Это ничего не изменило бы.
– Все равно. – упрямо сказала она. – И что тут можно придумать? Даже не знаю…
Она сидела на скамейке, зажав ладони коленями и горестно раскачиваясь.
– Ужасно.
И Савва вдруг сказал:
– Расскажи мне об этом человеке.
– Что? – она замерла и посмотрела на него с недоумением. – О каком человеке?
– Ты знаешь. Кто он?
– Человек. – она посмотрела на Савву как-то странно, словно заново обдумывая все, что случилось сегодня.
– Не хочешь о нем говорить? Почему?
– Не хочу и все. И я не понимаю, какое он имеет отношение…
– Просто я думаю, что все дело в нем. От него исходит опасность. Поэтому я и спрашиваю тебя, кто он.
Она ужасно удивилась. До того, как Савва задал ей этот вопрос, о ее мужчине, с которым она периодически встречалась на съемной квартире, она была уверена, что с ней в скором времени случится какая-нибудь трагическая случайность, ну вроде, несчастного случая на дороге или чего-нибудь подобного. Но она никак не предполагала, что ей угрожает какой-то человек, тем более мужчина, с которым она периодически встречалась. Это показалось ей странным, и она посмотрела на Савву с недоверием.
– Как он может быть для меня опасен, что он может мне сделать, скажи, пожалуйста?
– Этого я не знаю. – честно ответил Савва, чувствуя все больше недоверия в ее голосе. – Думаю, что он не тот, за кого выдает себя. Я также думаю, что ты совсем не знаешь его, поэтому не хочешь о нем говорить.
Ты живешь с человеком, ничего о нем не зная, вот что я думаю. А все дело в нем.
И тут она выпрямилась, расправила плечи, посмотрела на него насмешливо:
– А может все дело в тебе? – и надела куртку и решительно вжикнула молнией куртки.
– То есть? – Савва растерялся.
– У меня такое ощущение, что тебе очень не хочется, чтобы у меня кто-то был.
– Что ты…
– Да-да! – сказала она задумчиво, постукивая указательным пальцем по нижней губе. – Я теперь понимаю для чего ты все это затеял.
– Затеял?
– Вот именно. Устроил весь этот цирк в кинотеатре.
– Зачем ты так говоришь?
– Потому что это правда. Ты сам знаешь. Тебе просто не нравится, что у меня кто-то есть. Ты хочешь напугать меня.
– Не говори глупости. Зачем бы я стал это делать?
– Ты знаешь. – сказала она и помолчала. – Ты хочешь быть на его месте. Вот зачем.
– Ты понимаешь, что ты говоришь? – хрипло спросил Савва, предчувствуя, что сейчас произойдет ужасный разговор, который не будет иметь отношения к будущему. Он будет о прошлом.
– Отлично понимаю. – она теперь успокоилась. Смотрела на него с вызовом и легким презрением.
– Я думала, что ты мой друг, доверяла тебе, а ты просто все это время думал о том, как бы занять место…
Грина.
