Какую именно расправу собиралось учинить над нами одноглазое божество, я уже не услышал. Во-первых, служившая опорой шатру чинара окончательно исчезла, и громкий треск рвущегося шелка поглотил большую часть произнесенных им слов. Во-вторых, и сам Кубера утратил дар нормальной членораздельной речи и почему-то принялся визжать, как схваченный поперек живота поросенок. Эти звуки он продолжал издавать и все то время, которое мне потребовалось, чтобы выбраться из-под шелковых завалов, и позже, когда оттуда же появились Василиса и Хан. Наконец из руин шатра живым ручейком плавно вытекла абсолютно счастливая кобра. Сперва я принял это за радость по поводу нежданно обретенной свободы, но, заметив, как змея облизывается, и сопоставив сияющую морду Шит с Кубериными стенаниями, с ужасом понял, что произошло – змеюга-таки укусила своего божественного хозяина!
– Ух! С ума сойти, как давно я мечтала это сделать! – ни к кому особенно не обращаясь, произнесла кобра, и тут из-под шелковой горы донеслось:
– Ишит’авара! Грязь из-под моих ногтей! Смрад из моей подмышки!..
Далее шел непрерывный поток неизвестной мне брани на хинди или санскрите, с каждым словом которой кобра все больше и больше вжималась в землю, так что через какое-то время стала казаться уже не живым существом, а всего лишь своей собственной плоской тенью.
Вдруг крик оборвался, но на смену ему пришел куда больший ужас. Полотнище шатра зашевелилось, вспухло и стало обретать форму встающего под ним бога.
– Лев, – окликнула меня Василиса. – Убирайся. Пока не поздно. У тебя еще есть шанс улететь.
«А ведь она права! – подхватил слова Премудрой мой внутренний голос. – Самое время валить!» И только глупое комариное тело не желало соглашаться с этим безусловно разумным предложением. «Идиот! Ты хоть представляешь, как пожалеешь о том, что остался?!» К несчастью, «идиот» представлял, причем во всех ужасных подробностях. А уж когда в разодранном шелке возникла лысая голова Куберы, я и вовсе начал подвывать от страха. А может, и не я. Слишком уж низким и монотонным был этот нарастающий свист. Ни комариные крылья, ни тем более глотка ничего подобного родить не могли. Скорее, такой свист подошел бы тяжелой авиационной бомбе, которая откуда ни возьмись материализовалась в небе и, непрерывно увеличиваясь в размерах, неслась прямо на восставшее из шатра божество.
– Бу-бум! – сказала бомба, соприкоснувшись с шоколадной макушкой индуса, и раскололась на две части, разбросав вокруг странные, напоминающие человеческие тела осколки. Все еще не веря в происходящее, я приблизился к одному из них и с изумлением узнал Бабу-ягу.
– Кажись, мы вовремя! – улыбнулась мне лежащая на земле старуха. – Согласен, касатик?
Я промолчал. Не то что бы у меня были какие-то сомнения, просто мне до сих пор не удалось прийти в себя. Впрочем, не только мне. Куберу неожиданная атака с воздуха и вовсе загнала куда-то под землю. И пусть, как теперь выяснилось, ему на макушку обрушилась вовсе не бомба, а всего-навсего бабкина ступа, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы на какое-то время мы могли почувствовать себя в безопасности от угрожавшего нам бессмертного.
– Не стоим, Левушка, не стоим, – вывела меня из ступора Арина Родионовна. – Давай показывай, где изумруды.
– Их здесь нет! – ответила вместо меня подошедшая Василиса.
– Как нет?! – раздался сверху голос Велеса.
Я задрал голову и увидел два снижающихся ковра-самолета. С одного свешивался наш божественный шеф.
– Мы вскрыли тайник! – доложила Премудрая, но ни Белки, ни камней внутри не оказалось. – Потом появился Кубера и подтвердил, что изумруды перепрятаны.
– Куда?! – вместе воскликнули Баба-яга, Велес и еще кто-то сидящий на ковре.
– Мы не знаем! – призналась Василиса.
Эти слова произвели на прибывшую к нам на выручку команду не менее убийственное впечатление, чем удар старухиной ступы на Куберу.
– Что ж это получается, Велька? – окликнула нашего шефа Арина Родионовна. – Все зря? Ну ты ж это… Бог богатства в конце-то концов! Почуй их, камни-то!
– Я пробую!
– И?
– И ничего!
– Значит, кранты! – едва слышно сказал прибывший вместе с Велесом волк.
И тут из травы поднялась треугольная башка Шит.
– Простите! – прошипела змея. – Я так поняла, что вы ищите своего грызуна и изумруды. Я могу вам помочь!
– Каким образом? – впервые обратив внимание на кобру, спросил Велес.
– Мне известно, где их спрятали!
– Рассказывай!
– Э-э… Полагаю, мне стоит вас проводить!
Велес неплохо прибарахлился, напав на эскадрилью ВЧК. Его трофеями стали целых четыре ковра. Этого добра вполне могло хватить для транспортировки груза камней, если бы тот дался нам в руки. Шефу надо было лишь скрытно обойти место завязавшегося сражения и добраться до шатра Перуна. Сложив ковры стопкой, он поднял их в воздух и двинулся в длинный, кружной полет.
