– А при том. Я согласилась удовлетворить просьбу ваших же адептов, и сварить для них зелье для устранения неприятного запаха. А вы взяли, и загубили всю мою работу! Взяли, и выпили заготовку под него! А поскольку обычно это зелье используется для наружного применения, то в его состав входят травки, которые ни один нормальный человек в здравом уме не станет употреблять внутрь одновременно. С чего вы вообще решили, что я варю приворот для вас? – Я начала потихоньку заводится. Впрочем, как всегда в последние дни в присутствии одного конкретного некроманта. С убийственной точностью можно утверждать, что декан Вирс является моим раздражителем. – Вы считаете себя настолько неотразимым? Жаль вас разочаровывать, но черная тряпка, в которую вы замотались с ног до головы, неотразимости и романтизма вам не добавляет! И вообще! – Я окинула некроманта злым взглядом, торопливо выискивая в его фигуре хоть один изъян. – У вас подбородок безвольный! В такой невозможно влюбиться! Да будь вы последним живым мужчиной в этом мире, я и то бы даже не взглянула на вас!
Ответом на мой пламенный спитч была ошеломленная тишина и возмущенное бурчание некромантского живота. Реакция пошла.
Хотела бы я сказать, что некромант побледнел от осознания своей ошибки. Но проклятый капюшон надежно скрывал мимику мастера Вирса. Он только замер ненадолго. И кажется, совершенно не потому, что устыдился своего поступка. Его рука нервно дернулась к все громче возмущающемуся животу. В следующий момент некромант развернулся и выскочил за дверь. Вопросов, куда он с такой скоростью помчался, у меня не возникло.
С минуту мне потребовалось, чтобы успокоиться и перевести дух. А потом я осознала, что в очередной раз забылась, и в запале наболтала слишком много гадостей не просто преподавателю, а декану некромантского факультета!
Со стоном осев на пол, я закрыла лицо руками. Святая Бригитта! Ну где был мой ум? Мало того, что отравила и в нужник засунула как минимум на несколько часов, так еще и гадостей наговорила, напрочь забыв, кто передо мной! Теперь мне конец. Вернее, не мне, адептов у нас убивать запрещено, но вот моя практика плакала крокодильими слезами. Декан Вирс мне все припомнит, прежде чем даст характеристику. Если вообще ее даст.
Мягко и ласково курлыкая, об меня потерся Коша. С другой стороны от меня что-то прощелкал Ершик. Я слабо улыбнулась своему зверью:
