Где-то в июле, Николай стал понемногу возвращаться к делам, которые к его удовольствию ничуть не ухудшились. Германия за большие деньги выкупила у Русской Стали права на производство пистолетов-пулемётов, а заводы Маузера в спешном порядке перевооружали германскую армию и флот. Также коммерческому директору удалось договориться насчёт лицензий на производство немецких электронных ламп, и под Нижним, ударными темпами возводили новый ламповый завод, для сборки армейских радиостанций.
Даже во Внутренней Страже дело обстояло неплохо. Его заместитель, полковник Тимошенко, успешно руководил вверенными войсками от Камчатки до западной границы, успевая везде.
— Только самолётик твой я заездил похоже. — Николай и Семён Тимошенко беседовали, двигаясь по расположению Отдельной Московской Дивизии имени Ильи Муромского, где Николаю показывали новые учебные классы, полигоны и казармы.
— Да поменяем. — Николай взмахнул рукой. — Отдадим в капитальный ремонт, и передадим в авиаотряд. А с Сикорским решим вопрос. Он нам ещё двенадцать самолётов должен. И, кстати можно потрясти немного институт Жуковского. Они нам тоже задолжали.
— А есть те, кто вам не должны? — С коротким смешком спросил Тимошенко.
— Есть. — Николай остановился, оглядываясь и решая куда пойти дальше. — Но их мало, и они прячутся. — Кстати, как с новой столовой? Решили вопрос с печками?
— Прошу. — Тимошенко повёл рукой приглашая начальника.
А в мире потихоньку раскручивался грандиозный скандал. Никто почему-то не поверил, что это просто были два корабля под завязку гружёные взрывчаткой. Все вдруг вспомнили взрыв в Сибири на реке Тунгуска в 1908 году, который объявили падением метеорита. Теперь многие учёные важно надували щёки и выдумывали такую лютую дичь, что даже такие матёрые сказочники как сэр Артур Конан Дойл, читали газеты с широко раскрытыми глазами и поднятыми от удивления бровями. Договорились даже до требования к России предоставить мировому сообществу секрет сверхмощного и конечно же варварского оружия, и запретить его использование во веки вечные.
Голоса скептиков и инженеров, доказывавших что огромное количество взрывчатки и не на такое способно, тонули в хоре тех, кто желал тайн, загадок и интриг.
Но уж больно чудовищными выглядели повреждения военных баз, и близлежащих городов. Кроме того, грязь и вода поднятая взрывом затопила и чуть не смыла пару городков, а отдельные куски кораблей находили за двадцать километров от взрыва. Так что поводов ужасаться у читателей хватало с избытком.
Но Флоту Открытого Моря[1] было не до научных дискуссий. Получив редкую возможность поквитаться за все обиды, они неторопливо и спокойно, начали чистить Англию словно фрукт, снимая слой за слоем.
Сначала были подавлены береговые батареи, затем аэродромы откуда могли взлетать истребители, а после, в бой пошли штурмовые команды и морская пехота двух стран.
Немцы сделали правильные выводы из прошедшей войны, и у солдат были скорострельные винтовки, пистолеты пулемёты, и просто пулемёты в большом количестве на лёгких броневиках Даймлер. Русские высаживались с плашкоутов, и тоже тащили с собой броневики Скорпион, с автоматической пушкой Дегтярёва — Норденфельда — Максима, и минометные грузовики.
Война, пришедшая на британские острова, впервые за много сотен лет, так шокировала население, что не было никакой партизанщины. Войска шли вперёд, оставляя опорные пункты и никак не вмешиваясь в жизнь английских городков, и даже не разоружая полицию, и лишь разыгрывая в орла и решку, кто из союзников останется в конкретном населённом пункте.
Ограничению подвергались только войсковые части, в которых опечатывались оружейные комнаты и арсеналы, оставляя офицерам личное оружие.
Тем же кто решал повоевать, предоставлялась такая возможность, и массированный налёт авиации с пулемётами и бомбами, вычёркивал очередной полк из списка живых.
Короля Георга шестого прихватили в пути, когда он пытался бежать на быстроходной яхте в Америку. Миноносцы с носителя Святой Владимир блокировали яхту, и для вразумления дали поперёк курса очередь из крупнокалиберного пулемёта, после чего погоня закончилась не начавшись.
К этому времени, почти вся территория Англии была под контролем оккупационных сил кроме Ирландии, куда и не высаживались, и Шотландии. С ними просто и спокойно договорились. Шотландцы не стали ввязываться в партизанщину, а захватчики, сделали вид что вообще проходили мимо. В свою очередь, ирландцы были просто счастливы что британцы потеряли власть в Ольстере, и тоже сделали вид, что эта война их не касается.
А вообще, для Англии и Великобритании в целом мало что изменилось. Люди ходили на работу, дети в школу, а пьяные матросы гулеванили по припортовым кабакам, работали увеселительные заведения, и только газеты проходили контроль цензоров.
Военные патрули практически не вмешивались в работу местной полиции, а иногда и помогали успокоить самых буйных.
Тем самым оккупационная администрация показывала, что она не враг простым людям, и что мирная жизнь лучше любой войны.
