А с собранными материалами вновь разбирались штабные офицеры и по результатам этой работы были сделаны многочисленные выводы. Например, о недостаточной надёжности Скорпионов, которые плохо переносили некачественное топливо, и о малом количестве подготовленных санинструкторов. Потому что медпомощь зачастую приходилось оказывать не только бойцам и офицерам подразделения, но и гражданским лицам. Поэтому силами Главного Военного Госпиталя, была разработала носимая аптечка, и инструкция к её пользованию.
По итогам работы с предложениями, штаб Стражи выкатил обширный документ, который совершенно неожиданно затребовал к себе император Сергий.
Чего и как там решали в верхах, Николаю не рассказали, но ему и без того хватило забот. Постоянно метаясь между моторным заводом, бронефабрикой, где делали машины для пехоты, и конструкторскими бюро, он наконец нашёл то, что ему было нужно, и пробил изготовление пробной партии бронемашин — грузовиков, где могли поместиться до десяти солдат, а сама машина несла на себе пулемёт и автоматическую 23 мм пушку Дегтярёва.
На полигоне, машины показали себя прекрасно, носясь в грязи и песке, стреляя из всех положений, и самое главное работая даже на сырой нефти. Пятисотсильный двигатель конструкции Тринклера, показывал настоящие чудеса заводясь с полпинка в любом положении и от любой горючей жидкости.
Как-то фоном прошла новость о замужестве Елены Аматуни, которая нашла себе пару в лице полковника Александра Казакова — лётчика-аса и командира авиации Балтийского флота. Николай в телеграмме поздравил молодых и отправил курьером подарок. Золочёный пистолет Гром, для полковника и никелированный с золотыми накладками Есаул, для Елены теперь уже Казаковой.
Даже Анастасия Романова вроде как остепенилась, найдя себе постоянного поклонника и перспективного мужа — известного журналиста и художника Владимира Маяковского.
По слухам, у Елены Долгорукой тоже начался роман с каким-то молодым дипломатом, а Любава Рюрик, стала появляться в обществе княжича Друцкого — командира батальона Сварожского полка и известного ценителя дамской красоты.
Из всех старых подруг Николая, не пристроенной оставалась лишь Манька-пуля, которая наконец-то получила должность в центральном аппарате и перестала летать по всей России наводя страх на криминал. Теперь она — солидный чиновник в ранге надворного советника (подполковник), работала с документами и активно искала мужа среди сослуживцев и офицеров московского гарнизона.
Конечно продолжались попытки московских дам поймать молодого генерала и поставить в стойло, но две выпускницы Монастыря бдительно следили, чтобы на генерала никто ловил на провокации, полагая, что Николаю, для здорового цвета лица вполне хватит их самих. Поэтому, все заходы потенциальных невест теперь были исключительно в рамках хорошего тона и строгих норм морали. То есть только разговоры на приличные темы и в присутствии свидетелей.
Как ни странно, но такое положение вещей, Николая устраивало. Никаких любовей и скачек по этому поводу он не желал, а свой интерес к дамам спокойно реализовывал с Еленой и Дарьей, которые по очереди просачивались в его спальню, и исчезали под утро, чтобы к утренней тренировке быть во всеоружии женской красоты.
Беда подкралась откуда не ждали.
На ежегодную майскую ярмарку в Нижнем Новгороде, Любава должна была ехать в сопровождении отряда телохранителей. Но ещё за месяц до поездки, две женщины покинули отряд, и обеспечивать ближний круг, стало некому. Ну и в самом деле, не пойдёт же телохранитель мужчина вместе с цесаревной в дамскую уборную?
Выход нашёл Белоусов-старший который решил на время забрать девушек у сына, а чтобы тому не было скучно, тоже включил его в состав царского выезда.
Добирались до Нижнего, поездом, и Николай впервые ехавший с таким комфортом, был несколько озадачен большим количеством странного народа, который кружился около государя. Слуги, адъютанты, офицеры генштаба, и канцелярии, госчиновники и просто какие-то дворяне, живущие рядом с императором.
Никаких особых задач в этой поездке перед Николаем не стояло, но на всякий случай он взял с собой десяток сорвиголов из разведки Внутренней стражи, и приказал выдвинуться в район ярмарки ещё двум ротам из состава отдельного батальона, при штабе Стражи. Кроме этого пори нём был его личный адъютант, и пара посыльных — шустрых казачков способных на любое преступление, и сдерживаемых лишь страхом перед Николаем, которого коротко назвали «Наш».
Делать в поезде было особенно нечего, и Николай прихватил с собой пачку документов, с которыми хотел поработать, но неожиданно его затребовал пред ясны очи государь, и пришлось принимать парадный вид, чтобы тащится в вагон где располагались личные покои Сергия.
Охрана молча посторонилась, пропуская Белоусова и он вошёл в рабочий кабинет императора в котором уже был один раз, после покушения.
