Дело Гермионы полностью

-- Что? Извини? Диадему? Конечно, сделаю, - опять эта диадема!

-- Из женского дерева, только нужно еще отдельно выбрать, чтобы хорошо мозгошмыгов подманивало. Вот как у тебя, - закатывает глаза к потолку Луна, - ты же просто окружена ими, и это хорошо.

-- Хорошо? - я озадачен, честно.

-- Конечно, часть твоих мозгошмыгов достается мне, - как само собой разумеющееся поясняет Лавгуд. - Рядом с тобой прямо чувствую, как становлюсь умнее!

После чего мы хохочем, повалившись на сиденья, хохочем, даже не пытаясь сдерживаться, всхлипываем, опять хохочем до судорог в животе. Не знаю, как это объяснить, но у Луны, когда она произносила последнюю фразу, был такой смешной вид, что удержаться было просто невозможно. Заржал, Луна подхватила, ну и "понеслась душа в рай". Правда, школьников в коридоре напугали, вон, бледные выглядывают. От этого тоже становится смешно, но сил уже нет, поэтому просто изнеможенно похрюкиваю.

Отсмеявшись, некоторое время лежим, потом спрашиваю.

-- Так что за женские деревья?

-- Ты знаешь, чем мужчины отличаются от женщин?

-- Да, знаю.

-- У деревьев все то же самое, только деревянное.

-- Стоп, стоп, стоп, - сажусь. - Деревья же размножаются этими отводками или черенками!

-- Я так и сказала, все как у людей, - Луна, лежа на боку, безмятежно смотрит. - Черенки, мужские деревья

-- Стоп. Ладно, я не помню наизусть учебник биологии за пятый класс, хорошо, давай пропустим тему деревянного размножения. Неважно. Итак, тебе нужна диадема, точно как у меня, но из женского дерева?

-- Да.

-- То есть эта диадема, она сделана из мужского дерева?

-- Да, и поэтому она привлекает мужских мозгошмыгов, и

-- И?

-- Неважно, - отводит глаза Луна. - Главное, что она мне очень нужна!

На детородную функцию влияют? Хотя вряд ли, о таком бы Лавгуд не постеснялась рассказать, после фразы про черенки и мужские деревья. Продолжить расспросы можно было бы, но чую, меня там ждут такие откровения, что не переживу. Поэтому просто смотрю на нее, и внезапно понимаю, что девочка то не шутит. Оставим в покое тему невидимых мозгошмыгов, и мужских -- женских деревьев.

Ей и вправду нужна эта деревяшка на голове! Вот это номер. Ладно, уточним.

-- Сумеешь по виду отличить женское дерево от мужского?

-- Конечно, меня же папа научил, - улыбается Лавгуд.

-- Тогда мы сходим в Запретный Лес... ээээ... вместе с Хагридом. Ты знакома с Хагридом?

Луна качает головой. Улыбаюсь.

-- Отлично, вот и познакомитесь. Он большой, добрый и всех любит: животных, школьников, деревья, всех. Уверена, вы подружитесь. Выберешь дерево, отпилим кусочек и сделаем тебе диадему. Сердцевина, хммм

-- Зачем там сердцевина? - удивляется Луна.

-- Чтобы работала как волшебная палочка и держала заклинание. То есть тебе просто украшение?

-- Так у тебя магическая диадема? Ух ты! - округляет глаза Луна. - Вот почему мозгошмыги летят к тебе просто толпами, и теперь то понятно, почему Ровена была такая умная!

Смотрим друг на друга, но тут приходит Невилл.

Лонгботтом без своего верного спутника, жабы по имени Тревор. Зачем ему это земноводное -- можно и не спрашивать, бабушка навялила. Но теперь Невилл немного подосвоился, и уже не стесняется запирать жабу в сундуке. Правда, дырочку там все равно проделал, на всякий случай, но факт остается фактом. Теперь Тревор не шляется по всему поезду, вызывая хохот, крики и возмущенные возгласы.

Зато сам Невилл, не хуже своей жабы, надулся и очень мрачен.

-- Привет, - кивает он, входя в купе. - Не помешал?

-- Не слишком, - кивает в ответ Луна. - Мы тут обсуждали Ровену и Хагрида.

-- Да? - не слишком удивляется Лонгботтом. - Им хорошо, они взрослые.

И так тяжело-тяжело вздыхает.

-- Что случилось?

-- Ба сказала -- никакой мести, пока совершеннолетним не станешь! - выпаливает Невилл. - Ну вот, разве это честно? Пока я вырасту, эти... Пожиратели уже погибнут!

-- Может твоя бабушка не хочет, чтобы погиб ее единственный внук? Или не хочет тебе судьбы твоих родителей? А, Невилл? Ты подумал о бабушке?

-- Она столько твердила мне, что я должен быть достоин родителей, что теперь просто нечестно вставать у меня на пути, - обиженно бубнит Лонгботтом. - Лучше бы помогла отомстить!

-- Месть разлагает магический якорь, - внезапно заявляет Луна.

-- Во-во, Невилл, прислушайся!

-- Ничего она не разлагает! Иначе нет в мире справедливости!

Невилл вспыхивает, а мне вспоминается древняя китайская... или не китайская, но все равно поговорка. "Хочешь отомстить, рой сразу две могилы". Ага, одну себе, одну врагу. Нет, все понимаю, душа Лонгботтома пылает и горит, но куда его опять несет? Зачем он к бабушке своей с такими разговорами подошел?

-- Ладно, Невилл, расскажи нам, как ты мстить собрался?

-- Я думал, что Ба меня научит. Поэтому к ней и пошел.

-- Ты же вроде уроки у Флитвика брал?

-- Брал, да толку, - машет он рукой, - если он дуэлировать учит!

-- Чем тебя это не устраивает?

-- Я же не дуэлировать с ними собираюсь! - восклицает Невилл. - Дуэль можно за мелкие обиды устраивать, ну вот как с Малфоем, ведь он же не Пожиратель, верно? В смысле не особо за свою тетю отвечает?