Даже не знаю, что сказать. Нет, конечно, спасти человека после такого падения, и внутренностей всмятку, это очешуеть как круто, но говорить Гарри, что «он легко отделался», я бы поостерёгся. Но мадам Помфри виднее, в конце концов, это исключительно её заслуга, что Гарри сейчас лежит и дышит на соседней койке, а не лежит в уютном гробике с видом на Хогвартс.
Мысли переключаются на вчерашнюю догадку. Малфой? Доказательства?
Так, там вроде бы директор хотел со мной поговорить, отлично. Уж дедушка Альбус точно меня выслушает и примет всерьёз. Эх, если это и вправду сделал Драко, то доля моей вины есть. Отвадил его от насмешек, некуда ему стало спускать пар, вот и решился на крупное злодеяние. Ох уж эти мажоры, одни проблемы от них.
— Спасибо, мадам.
— Успеешь ещё наспасибкаться, — отмахивается целительница. — Будешь ходить, помогать ухаживать за Гарри, заодно ещё кое-какие медицинские аспекты подтянем. На полноценного колдомедика, конечно, не потянешь, но в целом помощь оказать сможешь.
— Да, мадам.
— Опять же директор просил, и надо теперь чаще заниматься, — задумчиво говорит целительница.
Ах да, Дамблдор же обещал, ещё в прошлом году, а я и забыл. Хммм, но не мог же предвидеть такое? Ладно, будем считать, что обделались тяжёлым испугом, и пора двигаться дальше. Тело потихоньку расходится, и шум в голове уже не такой шумный. В первом приближении можно выходить, если желающие пообщаться будут делать это не слишком громко.
— До свидания, мадам.
— Заходи после обеда, — улыбается целительница. — Думаю, как раз работа для тебя появится.
Ага, ага, знаем мы эти работы. Менять утки и обтирать больных, спасибо, смотрели фильмы. Внезапно вспоминается, что после истории с василиском это тело тоже месяц того, лапами кверху лежало, без сознания. Понятно, что Гарри его не обтирал, но от этой мысли внезапно пробивает на истерический смех.
Новая школьная услуга — протри одноклассника, пока тот без сознания! Детям до 10 лет — скидки!
Неподалёку от двери в медпункт, спиной ко мне, стоит Ремус Люпин и задумчиво смотрит в окно, кусая яблоко.
— Добрый день, профессор.
— Добрый, Гермиона, — оборачивается он. — О, какой у тебя замученный вид!
Пожимаю плечами, мол, что тут скажешь, полностью согласен.
— Сейчас подойдёт смотритель Уайт, — Люпин подмигивает. — И присмотрит за медпунктом, а мы с тобой отправимся к директору Дамблдору.
— Да, профессор. Меня не было на поле в момент… происшествия.
— Да, но комиссия из Министерства настаивает на том, чтобы поговорить с тобой. Видишь ли, привет, Барнард…
— Привет! — Сириус весьма напряжён. — Как там… Гарри?
— Мадам Помфри сказала, что выздоровеет полностью и даже без последствий, просто это займёт некоторое время, предположительно до лета.
Сириус молча и от всей души, сгребает меня в охапку. Мне и без того не слишком хорошо, а от таких душевных обнимашек, вообще начинает тошнить. Но Сириус, то ли выразив чувства, то ли что-то сообразив, резко отпускает. После чего с самым гордым видом встаёт возле двери в медпункт и достаёт какую-то книгу из кармана.
— Идём, Гермиона, — командует Люпин.
И мы идём. По дороге Ремус вкратце рассказывает о вчерашнем, но, по сути, просто повторяет слова Невилла в расширенном варианте. Как там было в классике: «шёл, поскользнулся, потерял сознание, очнулся — гипс[22]»? Ну вот здесь примерно то же самое. Началась тренировка, Гарри взлетел, спикировал, разбился, его потащили в Хогвартс. Также преподаватель ЗОТИ сообщает, что Амбридж вызвала следователей из Министерства, едва услышала про то, что Гарри Поттер разбился. И теперь мы идём именно к ним, так как сейчас идёт опрос свидетелей.
— А почему они не на поле для квиддича?
— Вообще то они там, по крайней мере, двое из них. Третий, старший следователь Дьюк Каннингем, ждёт тебя в кабинете директора. Вообще, дела складываются не очень хорошо, министерские почему-то уверены, что сам Дамблдор это подстроил.
— Смысл? — вырывается у меня. — Извините, профессор. Но ведь и вправду, захоти директор Дамблдор устранить кого-то на территории Хогвартса, стал бы он производить все так шумно и публично?
— Конечно, нет, но у следователей из Министерства своя теория. Они ей, конечно, не делились, но по намёкам вполне можно сделать вывод. Мол, Дамблдор это затеял, чтобы укрепить свою репутацию величайшего светлого волшебника, каковая репутация на самом деле просто ложная и дутая. Да, да, я тоже мозг сломал, пытаясь понять, что тут к чему, но вот так.
Ну, в принципе не бином Ньютона. Если Министерские уверены, что Дамблдор хочет власти, то какую тут можно выстроить цепочку? Роняет Гарри Поттера, получает резонанс в магическом мире, использует его, чтобы показать некомпетентность Министерства, ловит Пожирателей, якобы сделавших это, упрочняет свою славу и репутацию величайшего светлого волшебника. Могла быть такая цепочка? Вполне могла. Она, конечно, однобока и упускает некоторые моменты, но в Министерстве совсем не гении собрались, раз копают цепочку: «Дамблдор и власть».
— Вот и пришли, — останавливается Люпин возле горгульи.
