Что касается статуса гоблинов и банка, то тут все очень просто. Гоблины, согласно ему, обязаны честно трудиться на благо магов, зарабатывать деньги и ценности для магов, и не допускать исчезновения денег магов. За это им отходит процент от прибыли, то есть в интересах гоблинов зарабатывать больше, пусть и на обычных людях. Также при выполнении условий, гоблинам дают жить. В буквальном смысле этого слова.
Как видите, все очень просто и надёжно.
— Спасибо, Ремус, — да уж, вот гоблины дают!
— Пожалуйста. Ты, наверное, хочешь спросить, как же наш профессор Флитвик?
— А что с ним? Он же только наполовину гоблин?
— Не угадал твой вопрос, бывает. В общем, на его примере я хотел показать, что нравы сильно смягчились за эти триста лет, вместе с носителями этих нравов. Гоблин, то есть полугоблин преподаватель в Хогвартсе никого особо не удивляет, хотя раньше за такое могли и убить на месте. Сами гоблины до сих пор живут очень замкнуто, и некоторые подозревают их не только в поддержке Волдеморта, но и в организации собственного заговора, с целью захвата власти над магическим миром.
— С учётом перечисленных вами мер безопасности, думаю, никуда гоблины не стремятся, дабы не закончиться целиком и полностью, верно?
— Верно, Гермиона, молодец. Маги усвоили урок, преподанный людьми, и теперь, нет, раньше не стеснялись угрожать геноцидом. Гоблины усвоили урок и сидят, зарабатывают деньги. Какой из этого можно извлечь урок?
— Все меняется со временем?
— Тоже вариант. Урок окончен.
Через час профессор Люпин тихо покидает Хогвартс.
— Скажи, Гермиона, — Луна прижимается и шепчет на ухо, — тебе бы хотелось быть не магом?
— Да, — совершенно искренне отвечаю.
Продолжай оставаться обычным человеком, сидел бы своём мире, с семьёй, и в ус не дул. С этой же магией одни сплошные проблемы. Нет, конечно, есть и приятные моменты, вроде голых девичьих тел рядом, но с точно таким же успехом мог бы их смотреть в интернете, не выходя из дома.
— И мне бы хотелось, — шепчет прямо в ухо.
Блин, да кто ж так делает! Мало мне картинок, что она сейчас начнёт мне ухо лизать, так ещё и щекотно же. Пытаюсь отстраниться, но руки Луны уже обхватили туловище, и от попыток вырваться съезжают выше.
— Ого, а они выросли! — искренне радуется Луна за мои сиськи.
Меня так и подмывает ответить, мол, спасибо, я в курсе, но только молча отстраняюсь.
— Тебе неприятно? Ой, извини, я так больше не буду! — Луна убирает руки.
Опять сдерживаюсь, а то предложение как следует помассировать определённые части тела, уже готово к озвучке и выполнению. Ага, руки так и тянутся. Приходится зажимать глупый организм насильственными методами.
— Если бы мы не были магами, наверное, мама осталась бы жива, — шепчет Луна, — и папа был бы другим, не таким, как сейчас. Он добрый, мы с ним отлично ладим, но раньше он был другим, тоже хорошим, но совершенно другим.
Ещё один не пережил потерю жены. Сжимаю зубы от нахлынувших собственных чувств. Луна же, слегка растрёпанная, сидит, нахохлившись, чисто воробей-блондин на ветке зимой. Глажу её по голове — и в этом нет уже ни грана эротики — так как меня самого в детстве гладили родители, утешая. Луна опять прижимается и размазывает слезы, пока продолжается сеанс поглаживания.
И опять тоска и ярость сжимают сердце и душу. За что мне всё это?! За что ей всё это?!
Мы в хижине Хагрида, на улице слышны голоса Гарри и Джинни, а сам егерь готовится к высадке тыкв. Вроде рано ещё, всего лишь середина апреля, но нет, ритуалы, понимаешь, все дела. Собственно, Хагрид копает землю, а Гарри сидит на скамейке или как сказали бы у нас, на завалинке. Греется на весеннем солнышке, восстанавливает силы. В принципе, чисто физически, товарищ Поттер здоров, как мне на днях заявила мадам Помфри.
Но при этом циркуляция магии внутри тела до сих пор не восстановилась.
Магичить Гарри может, но только слабые заклинания, быстро устаёт и опускает палочку. Целительница уверяет, что все в порядке, и к лету организм «разработается», вернётся в прежнюю силу, но сам Гарри в это не сильно верит. Тем не менее, он исправно и безропотно посещает процедуры, как в медпункте, так и на опушке Запретного Леса. Хагрид, не знаю уж, как это у него получилось — может, кентавров подписал? — но договорился с единорогами, и те помогают Гарри в лечении. Со стороны это выглядит так, что они просто стоят рядом, и как будто о чём-то разговаривают.
Также на процедурах присутствуют Луна и Джинни, но вот удивительное дело, к Лавгуд младшая Уизли никакой ревности не выказывает. Может, у неё мозги на место встали, как насмотрелась на мешок мяса и костей вместо Гарри? Не знаю, но факт остаётся фактом: Джинни вьётся вокруг нашего Мальчика-который-опять-выжил, но при этом не сношает мозг окружающим своей ревностью и криками «Он мой, только мой!» Собственно, вопрос Луны, который прозвучал вначале, наверняка вызван стонами самого Гарри, что он теперь не будет магом, и вообще «шеф, усе пропало».
Трудно винить Гарри за это, события пошли совсем не детские, а он морально не готов.
