— Вот уж не думала, что вы так близко к сердцу примете эту проблему, — говорю им за завтраком в один из дней.
— Ты не понимаешь, — мрачно отвечает Фред или Джордж. — Не было ещё такого, чтобы мы в Хогвартсе чего-то не смогли. Всегда всё получалось.
— Понимаю, эта неудача лишает вас душевного равновесия. Вам кажется, что если решить эту задачу, то мир снова станет прежним и понятным.
— Именно, — мрачно отвечает Джордж или Фред. — Именно так.
— Перси предлагал заниматься в помещении для Префектов. Наивный старший брат. Там о нас сообщают Амбридж ещё быстрее, чем мы успеем произнести «Уизли лучше всех!»
— Я бы даже сказал, быстрее, чем мы успеем туда зайти.
После чего они тяжело вздыхают. Я тоже вздыхаю. Чем им помочь — совершенно непонятно. Карта Мародёров тут не при делах, она показывает помещения, но не подсказывает, как найти такое, в котором можно надёжно спрятаться и в которое можно забраться, не привлекая ничьего внимания. Была даже мысль самим создать себе отдельную комнату, но от неё пришлось отказаться, в силу особенностей Хогвартса.
То есть, директор бы смог такое организовать, но не мы.
Поэтому, подумав и прикинув, говорю близнецам.
— Слушайте, а может ну его, это помещение, а? Месяц с небольшим остаётся до экзамена, лучше сдайте эти СОВы как следует, потом легче будет.
— Но как же…
— Ну да, не получилось с помещением, ну и ладно. Считайте, что жизнь подарила вам исключительную возможность пережить поражение, не потеряв ни в чём, кроме самолюбия.
— Можно подумать, мы ни разу не терпели поражения, — мрачно отвечает один из близнецов.
Кажется, уже говорил, что без свитеров их хрен отличишь? Ну вот, а дело то идёт к концу апреля, тепло, по местным меркам, вот они свитера и сняли. Интересно, если нанести на них невидимой краской буквы Ф и Д, а потом тихо палить эти метки в ультрафиолете, они раскусят фокус или нет? Казалось бы, в чём проблема, все вещи студентов носят их инициалы, но близнецы и это учли. Постоянно меняются одеждой, точнее говоря, не видят разницы между таковой. Всё равно фигуры одинаковые, хе-хе.
— Ну, тем более тогда не заедайтесь на эту тему, а то смотреть больно.
Но близнецы мрачны и не собираются бросать эту затею. Ладно, они парни головастые, может чего и придумают. Поэтому, напомнив ещё раз об осторожности, и получив заверение, что все учтено, сворачиваю разговор. В конце концов, нам всем сейчас тяжело, по тем или иным причинам. Пусть побегают, авось да сбросят лишнюю энергию.
В субботу, 30 апреля, ведём Гарри на процедуры, и два Аврора, как всегда, в сторонке следуют за нами. Поттер уже вполне здоров, ходит нормально, руками и ногами машет, и даже вполне удовлетворительно колдует. Мадам Помфри, слегка уставшая от этого медицинского марафона имени одного пациента, пророчит скорую выписку, недели через две.
Что, разумеется, не может не радовать, и Гарри весело болтает.
Ещё одной причиной для радости, пожалуй, даже большей, чем выздоровление, служит письмо, которое принесла сова Уизли буквально этим утром. Рон Уизли перешёл некую критическую отметку в своём процессе выздоровления, и внезапно начал узнавать окружающих, говорить, хотя ещё и по слогам, и даже вспомнил, как пользоваться ложкой и туалетом.
— Молодцы целители! — без конца повторяет Гарри. — Вот вырасту, тоже стану целителем!
— А как же Сам-Знаешь-Кто?
— И его вылечу! — уверенно отвечает парень.
Вообще, сегодня он как будто летит, парит, не касаясь земли. Даже то, что дедушку Альбуса сместили и смешали с грязью, временно отодвинуто в сторону. Сегодня Гарри, как сказали бы в моём мире, «на позитиве», и говорят это хорошо для выздоровления организма. Если считать, что магия внутри выполняет желания владельца, а Гарри сегодня прямо всем видом пышет, что здоров, то, наверное, позитив помогает.
Не то, чтобы я не радовался за радость Поттера, но паранойя нашёптывает, что расслабляться не надо.
Пусть даже сегодня «Ёжики» в полном составе сопровождают Гарри, но этого маловато против сильной нечисти. А идём мы, считай, в лес, где водятся дементоры, каковые точно относятся к нечисти. Ну и что, что день и опушка? Сириус перед Рождеством тоже думал, что поможет воссоединиться двум влюблённым сердцам, а получилась в итоге полная ерунда.
Блэк, к сожалению, с нами не ходит, вот уж он бы точно порадовался за Гарри.
Но, думаю, он ещё устроит «суровый мужской разговор» с парнем, каковой разговор порадует Поттера больше, чем наши девичьи болталки и очередные поглаживания и беседы с единорогом. Чувствуется, что устал он от этих бесед с лошадками, хотя, надо признаться, они помогают и ещё как. Бессменная переводчица с единорожьего на магический, Луна Лавгуд, так та вообще готова пуститься в пляс, и надо заметить, что иногда пускается. Единороги всегда с одобрением наблюдают за танцами блондинки, которая обычно изображает нечто вроде вальса между деревьев и кустов, благо места на опушке хватает.
