На похороны учеников Луна не пошла, не испытывала она сочувствия к погибшим, а фальшивить не хотела. Вместо этого она села читать письмо от отца. В нём Ксенофилиус Лавгуд выражал свою радость, что заговор гоблинов по захвату Министерства провалился, журил дочь за то, что та плохо распространяет «Придиру», и предлагал написать статью о случившемся возле Запретного Леса. Луна задумалась и очень крепко. Ей всегда хотелось писать статьи в «Придиру», но отец не подпускал, говорил, что ещё рано. «Вот они, мозгошмыги! Действуют!» возликовала Луна и достала перо. Это будет просто ух какая статья!
Две недели спустя.
Гарри Поттер шёл по Хогвартсу, не понимая, почему девушки смущённо хихикают и отворачиваются, младшие курсы глядят почтительно, а старшекурсники поощрительно показывают оттопыренный большой палец? Потом он уловил закономерность: все, кто так делал, держали в руках свежий номер «Придиры». Недоумевая, что там такого могли написать, Гарри отправился на розыски той, что принесла «Придиру» в Хогвартс, то есть Луны Лавгуд.
Блондинка с Рэйвенкло обнаружилась на привычном месте, в радиусе пяти метров от Грейнджер. Гарри мысленно вздохнул, ибо будь его воля… но Гермиона всегда заступалась за Луну, а теперь, когда она способствовала единороготерапии, сердиться на Лавгуд было бы последним делом.
Сама Гермиона хохотала, и при виде Гарри хохот усилился.
Смущённый Невилл прятал улыбку, а Джинни рвала «Придиру», но сил явно не хватало. Поэтому младшая Уизли вырывала с трудом по странице, а затем старательно таковую измельчала. Луна, спрятавшись за кресло, в котором сидела Гермиона, возмущённо попискивала.
— Что происходит? — не удержался Гарри.
Глупый в сущности вопрос, но к счастью его прекрасно поняли.
— Она! Она! — задыхаясь, красная от усилий, заорала Джинни. — Она написала, что ты… что ты… Она!
— Не понял.
— Да было бы что тут понимать, — подала голос Гермиона. — Луна написала статью о случившемся возле Запретного Леса и немного увлеклась.
— НЕМНОГО?!!! — Джинни встала руки в боки, живо напомнив Поттеру Молли Уизли.
— Да ладно, — отмахнулась Грейнджер, — ты же знаешь, что это неправда!
— Это моя эта… точка зрения, во! — подала голос Луна.
— Точка зрения?! — вспыхнула Джинни. — Щас я тебе зрения то лишу! Как можно писать такое!
— Да что писать-то?! — повысил голос Гарри.
— Видишь ли, наша юная подруга, — заметила Гермиона, — написала, что мы тут все влюблены в тебя, а ты, значит, благосклонно принимаешь наши знаки внимания, и вообще, наши узы скреплены единорогами.
