Дело Гермионы полностью

— Да это пустяки, дело-то житейское, — словами Карлсона отзывается Грюм. — Немножко постоянной бдительности, и все в порядке. Всем понятно? Ну вот, тогда до Святочного Бала перерыв всем, кроме тебя, Гермиона, а после Бала продолжим занятия. Как раз посмотрю программы, уточню детали.

«Свяжусь с Дамблдором, похвастаюсь успехами», мысленно продолжаю я. Аластор кидает подозрительный взгляд, но в ментальную атаку не идёт. Тихо выдыхаю и отпускаю образ большой белой обезьяны. Пронесло. Хммм, чем он меня хочет загрузить? Шоу маст гоу он? Ещё какие-нибудь трюфеля и фортеля на Балу? Программные заявления вида: «Любо братцы, любо, любо братцы жить, с нашим Дамблдором в Хоге не приходится тужить?»

Но товарищ Аластор скромно молчит, пока мы не остаёмся вдвоём в гостиной.

Заперев двери и поставив щит тишины, бывший Аврор начинает выдавать наставления.

— До Бала ещё два дня, можешь приступать к зачарованию одежды. Диадему доставят завтра.

— Сэр?

— Ты же не думала, Гермиона, — вздыхает Грюм, — что одна такая умная, кто умеет делать артефакты?

Он как-то расслабляется, после ухода остальных. Не так сильно втягивает пузо, не держит лицо, и видно, что сильно устал. Не следит за каждым словом и вообще, как-то естественней себя ведёт. Хммм, неужели он подозревает кого-то из остальных в двойной игре? Или просто марку держит перед Гарри и Тонкс, а меня, стало быть, не стесняется? Аластор с наслаждением на лице чешет бок, потом отстёгивает протез и «проветривает» ногу.

— Знала бы ты, как эта лапа достаёт временами, — доверительно сообщает он.

— Так смените на нормальный протез, сэр.

— Не могу, если не хочу ходить на двух лапах, — шутит в ответ. Или не шутит? — Так вот, вплетёшь в одежду Протего, время есть, так что платьице твоё Бал переживёт. Диадему доставят, Окклюменции подучилась, я всегда говорил, что искренняя нужда — лучший помощник в таких делах. Не буду спрашивать, что ты там такое в голове прячешь, своих гоблинов в голове хватает.

Вай мэ, Аластор Грюм — почти что человек! Спешите видеть, прихватите нитку и иголку, заштопать порванный шаблон.

— Ничего на Балу не пей, кроме воды, которую сама создашь. Если уж придётся, так вначале как следует приглядись к жидкости, надо будет — противоядие прими.

— Думаете, меня хотят убить, сэр?

— Дура! Кто ж убивает курицу, несущую золотые яйца?! — неожиданно выходит из себя Аластор.

Это было бы смешно, не будь так близко к жизненной правде. Особенно про носку яиц, хех.

— Ты уже выучила весь список любовных зелий?

— Весь нет, так, по верхам прошлась, — искренне отвечаю. — Сэр, зачем это мне?

— Затем, чтобы распознавать их, когда в кубок подливать начнут!

Аааа, вот оно что. Изображаю понимание, кажется, Грюм доволен. Паранойя внутри бегает и бесится, требуя убить всех, кто решится на такое. Здравый смысл подсказывает, что всех убить не получится. Организм нашёптывает, что зелья дело такое, двустороннее. Подлили тебе, подлей и ты.

А там уж, мальчик, девочка, какая зелью разница?

Хогвартс. Башня Гриффиндора. Спальни мальчиков.

— Уезжаешь? — спросил Рон, привалившись к двери.

— Уезжаю, — ответил лже-Гарри. — Выступление в Министерстве, и встреча с желающими во «Флориш и Блоттс» на Косой Аллее.

— Идёшь по пути Локхарта, а, Гарри? — язвит Рон. — Слава, встречи, автографы? Как насчёт поделиться с друзьями?

— Рон, мы уже говорили на эту тему, и ты вроде все понял, — отмахивается Чарли.

Бывший Аврор не стал развивать тему второго года обучения, пребывания Локхарта и чем, всё это закончилось, в том числе и для Рона.

— Да, да, я все понял, — Рон придвигается ближе и переходит на шёпот. — Давай так, ты меня пронесёшь в сундуке, а я найду логово Пожирателей, пока ты даёшь автографы, а? Представляешь, какая сцена, собралась толпа магов, все тебя слушают, и тут такой я выбегаю и кричу: «Гарри, я нашёл Пожирателей!», а ты мне: «Сразимся с ними мой храбрый друг, Рональд Уизли!»

— Нет, Рон, это слишком опасно. Я не хочу, чтобы ты ещё год пролежал в больнице, — Бакстер закрывает чемодан.

— Но ведь…