Ага, будут пускать по десять летунов, с интервалом в минуту, чтобы не стукались боками и хвостами, а то я уже начал недоумевать, как эта сотня будет взлетать? Ведь побьют друг друга, полётный коридор всё-таки достаточно жёстко ограничен, а требование касаться хвостом метлы воды так вообще сужает все до двумерного состояния. Фактор высоты пропадает, проще говоря.
Зато вот так вот десятками — все в порядке. Судей и следителей за временем тут хватает, так что вопросов кто победил, обычно не возникает. Нужно мастерски пройти все изгибы и повороты за минимальное время, коснувшись всех колец, и не отрывая метлы от воды. За все действия мимо кассы — штраф по времени, в общем, серьёзно проработан вопрос за годы соревнований. Единственное, доски почёта не хватает, на входе в основное здание. С надписью «Лучшие летуны над озером» и «Их разыскивает слава».
Летуны в последний раз проверяют метлы, разминают плечи и поясницу, а я спрашиваю у Нимфадоры.
— Как думаешь, Орден проводит серьёзную операцию?
Нимфадора в первую очередь оглядывается по сторонам.
— Круг Тишины уже установлен, да и нет рядом никого! — поясняю сразу.
— Вот! Ты от меня всех поклонников отпугиваешь! — неожиданно заявляет Нимфадора.
Потом, не выдержав паузы, заливается хохотом. Ржём вместе.
— Но да, ты права, — заявляет Тонкс, отсмеявшись. — Что-то там серьёзно пошло не так, в Британии, и Орден готовит очередную операцию против Пожирателей. Первое нападение не удалось, теперь вот решили провести второе. Аластор и Сириус должны усилить боевую группу, так думаю.
— Надо полагать, вторая операция тоже закончится ничем, — делюсь мыслью.
— Не знаю, но Грюм был весьма взведён, если можно так выразиться. Как будто им предстояло штурмовать Министерство и Аврорат в придачу.
— Может, он просто радовался предстоящей схватке? Такому, как он, сидеть безвылазно здесь, в Дурмштранге, всё-таки очень тоскливо и скучно.
Судья даёт отмашку и первая десятка, под радостные крики зрителей, срывается с места. Тонкс молчит и только поигрывает цветом и длиной пряди волос, которую накручивает на палец. Затем скупо и коротко отвечает.
— Да, — и на этом разговор как-то угасает.
Нимфадора пьёт пиво, кричит что-то летунам, но к разговору не возвращается. Молчу и я, сосредоточившись на зрелище и попутных собственных мыслях. Одно другому не мешает, а то из-за чего Нимфадора оборвала разговор, и так понятно. Значит всё-таки Грюм. Даже если не Грюм, то участие Нимфадоры к нему и участие в его жизни превышают средний уровень по больнице.
Что ж, остаётся только порадоваться за них.
