Середина апреля. Первая зелень уже готова смениться второй зеленью, дожди сменяются бешено-палящим солнцем, от меня, наконец-то все отстают, убедившись в моей твёрдой непокобелимости. Не жизнь, а самая натуральная благодать, ага. Валяемся на траве с Тонкс и постанываем. Нет, не от приятных ощущений. Товарищ Грюм только что нас жестоко побил, вначале магией, а напоследок ещё и посохом наподдал.
— Молодцы, молодцы, — ворчит Аластор. — Скоро буду работать в полную силу, так что растёте над собой, девушки!
Это он не в полную силу работал? Мама, роди меня обратно! Для чего я скакал бешеным ёжиком, телепортировался, прыгал, выкладывался на все сто? Чтобы услышать, мол, скоро начнём работать в полную силу? Ебааааать, но не Грюма. Тонкс, тяжело дыша, встаёт первой. По её телу пробегают две волны сверху вниз и обратно. Метаморфка залечивает раны, синяки, ушибы, разгоняет кровь, в общем, сама себе доктор. Представив себе Тонкс в форме медсестры с коротким халатиком и стетоскопом, который надо прикладывать к груди, испытываю прилив неуместного возбуждения.
Что хорошо в местной магии — сильные эмоции реально помогают.
Вот и сейчас возбуждение, прокатившееся из груди в низ живота, придаёт сил. Не то, чтобы полная готовность к ещё одному поединку, но на несколько заклинаний точно хватит. Например, аппарировать в душ, а ещё лучше в ванну. Полежать, поотмокать, отдышаться. Нет, лучше вначале в душ с Тонкс, потом будет о чём под… умать в ванне. Уффф, ещё волна возбуждения, уже можно жить и колдовать!
— Давайте, поешьте, — продолжает ворчать Грюм, — и ещё раз повторим.
— У меня потом тренировка с Чемпионами, — невольно улыбка выползает на лицо от такой фразы, — так что…
— Сможешь, — перебивает меня Аластор. — Тебе, Гермиона, надо всерьёз потренировать работу с магией в условиях, близких к истощению. Раз уж у тебя наличествует такая проблема, надо тренироваться. Только грань истощения не переходить и постепенно приноровишься. Все вы, молодые, от избытка силы небрежно так заклинаниями бросаетесь, у тебя же есть уникальный шанс сразу научиться прикладывать силы экономно.
— Да, сэр, — Аластор, как всегда, говорит дело, поэтому возражать резона нет.
Пока подкрепляемся, чем домовики послали, речь заходит о взаимоотношениях магов и Церкви. Не о вере, как таковой, а именно о Церкви — то есть мощной организации, некоторое время даже державшей под контролем почти всю Европу. Была даже история, какого-то там императора отлучили от Церкви, и все, пишите письма. Пришлось бедному монарху переться в Италию и босиком выпрашивать прощения у Папы. Опять же, как неоднократно вспоминалось, по догматам христианства, любой маг, колдун, ведьма — подлежат уничтожению, ибо чудеса могут быть только от Бога. Соответственно те, кто занимается магией, априори безбожники, попадут в ад, ну и так далее, и так далее.
— Церковь? — озадаченно хмурится Грюм. — Я не настолько хорошо помню историю. Вроде бы у магов с ними был вооружённый нейтралитет. Если кто из магов черту переступал, то его свои же скручивали и церкви отдавали. Точнее, в инквизицию. Те и сами пробовали жечь магов, но получалось не всегда.
— Тогда они схитрили и начали массовые гонения на магов, — добавляет Нимфадора. — Когда маги начали обращаться к своим правителям, министерств ведь тогда не было, с жалобами, то было заключено соглашение с Инквизицией. Как раз то, о чём Аластор говорит.
— В результате маги сами окорачивали других магов, а Инквизиция получала пряники за борьбу?
— Утрированно, но верно, — кивает Нимфадора. — Только не забывай, что взамен Инквизиция и Церковь не устраивали гонений на остальных магов, а те обычные люди, которых жгли по доносам соседей, это уже дело людей. Мне на экзамене этот вопрос попался, пришлось попотеть, пока вспомнила и ответила!
Причём говорит она это с отчётливой гордостью, мол, сумела! Взяла и ответила! Правильная гордость, за сделанное своими руками и умом, а если уж вспомнить, что Нимфадора училась у профессора Бинса, так вообще. Не каждый школьник после лекций призрака найдёт в себе силы учить Историю магии.
— И потом эта система пригодилась, когда приняли Статут, — задумчиво размышляю вслух. — Маги продолжали присматривать друг за другом, только уже во имя секретности.
— Где-то так, да, — кивает Грюм. — Всегда проще использовать готовое, чем создавать с нуля.
— Во, ещё вспомнила! — восклицает Нимфадора. — Маги тогда оказывали серьёзные услуги людским правителям, и те, в ответ, прикрывали магов от Церкви. Когда сильнее, когда слабее, но прикрывали. В среде магов возникала иерархия, те, кто сильнее, прикрывали тех, кто слабее, но взамен требовали услуг и подчинения.
— Феодализм, понятно, — киваю. — И те, кто помогал правителям людей, стали аристократией магов?
— Наверное. В вопросе этого не было, — немного растерянно отвечает Тонкс.
