Обосновавшись в российской столице, Владимир работал в «Наркомпросе»; основал и возглавил издательство «Земля и Фабрика» («ЗиФ»), на его базе в 1925 году совместно с издателем В.А. Регининым основал ежемесячник «Тридцать дней» – тот самый, где впервые, с опережением всех мыслимых издательских сроков, увидел свет знаменитый роман Ильи Ильфа и Евгения Петрова «12 стульев».
В «ЗиФе», позже преобразованном в издательство «Художественная литература», увидели свет многие книги И. Бабеля, В. Шишкова, А. Серафимовича, А. Неверова, С. Григорьева и других авторов. Вплоть до октября 1928 года Владимир Нарбут, по справедливому замечанию А.С. Серафимовича, играет ведущую роль «собирателя литературы Земли Союзной».
Везде дело было поставлено с присущим ему (и намного большим, чем на Украине) размахом. Подписные издания классиков и современных писателей, публикации новых работ литераторов, не только живущих в России, но и эмигрантов, журнальная публицистика, борющаяся за сохранение традиций и памятников культуры, печатавшая историко-архивные материалы…
Поначалу Нарбуту кажется, что вернулось время поэзии. Он даже уговаривает Мандельштама возобновить акмеистическое содружество и привлечь вместо расстрелянного Николая Гумилёва – Исаака Бабеля и Эдуарда Багрицкого.
Самим же за четыре года – с 1919-го по 1922-й – было выпущено восемь своих новых книг да ещё был переиздан скандальный в своё время сборник «Аллилуйя». Среди этих книг – сборники «Красноармейские стихи» (Ростов-на-Дону, 1920), «В огненных столбах» (Одесса, 1920) и «Советская земля» (Харьков, 1921), которые включали стихи революционно-агитационного характера.
Однако столица его довольно быстро отрезвила, и в дальнейшем он, если иногда ещё и писал от случая к случаю стихи, то больше их уже нигде не печатал. И вообще, говорили, что, начав делать партийную и издательскую карьеру, Нарбут совсем прекратил писать стихи и отошёл от поэзии, хотя ещё в 1922 году им было переписано в новой редакции несколько ранних стихотворений, в том числе потрясающее своей грубой красотой (или, может быть, красивой грубостью) длинное, но насыщенное жестокими образами стихотворение «Самоубийца»:
