– В конце 60-х в Луизиану начали завозить коричневых пеликанов из южной Флориды, и с годами их поголовье стало постепенно увеличиваться. Однако эти птицы все еще в опасности. Сорок лет назад их насчитывались тысячи. Кипарисовое болото, которое Маттис собирается уничтожить, является местом обитания всего нескольких десятков пеликанов.
Грэй обдумывал услышанное. Она ненадолго замолчала.
– Какой сегодня день? – спросила она наконец, не открывая глаз.
– Понедельник.
– Сегодня неделя, как я уехала из Нового Орлеана. Ровно две недели назад Томас и Вереек обедали вместе в Вашингтоне. Это был, безусловно, роковой момент, когда дело о пеликанах перешло из рук в руки.
– Вчера было три недели, как от рук убийц погибли Розенберг и Джейнсен.
– Я была невинной студенткой-юристкой, занимавшейся своими собственными делами и имевшей чудесный роман со своим профессором. Думаю, что те дни уже не вернуть.
«Юридический колледж и профессора уже не вернуть», – подумал он.
– Какие у вас планы?
– Никаких. Мне хочется только одного: выпутаться из этой истории и остаться живой. Я куда-нибудь сбегу и спрячусь на несколько месяцев, а может быть, лет. У меня достаточно денег, чтобы скрываться долгое время. Если настанет такой момент, когда я не буду озираться, то, может быть, вернусь назад.
– В юридический колледж?
– Не думаю. Юриспруденция утратила для меня свою привлекательность.
– Почему вам хотелось быть адвокатом?
– Идеализм и деньги. Мне казалось, что я смогу изменять мир, да еще и получать за это деньги.
– Но адвокатов уже хоть пруд пруди. Почему все эти вундеркинды так и прут в юридические колледжи?
– Все очень просто. Они хотят иметь «БМВ» и золотые кредитные карточки. Если попадешь в хороший юридический колледж, окончишь его в числе первых десяти процентов и получишь работу в крупной фирме, то будешь получать шестизначную сумму всего лишь через несколько лет, и это еще не все. Твое будущее гарантировано. В возрасте тридцати пяти лет станешь компаньоном, загребающим не менее двухсот тысяч в год. Некоторые имеют гораздо больше.
– Как насчет остальных, которые составляют девяносто процентов?
– Для них сделка оказывается не такой выгодной. Они довольствуются тем, что останется от более удачливых.
– Большинство адвокатов, которых я знаю, ненавидят свое дело. Они бы предпочли заниматься чем угодно, только не юриспруденцией.
– Но из-за денег они не могут пойти на это. Самый вшивый адвокат в маленькой конторке может зарабатывать сотню тысяч в год после десятилетней практики. Он может ненавидеть ее, но где еще ему удастся иметь такие деньги?
– Я не переношу адвокатов.
– А репортеры, вы считаете, заслуживают только обожания?
«Договорились», – подумал Грэй и взглянул на часы. Взяв телефон, он набрал номер Кина. Кин зачитал ему некролог и статью из «Пост» о бессмысленном убийстве на улице молодого адвоката. Грэй записывал.
– И еще два момента, – сказал Кин. – Фельдман очень беспокоится, как бы с тобой не случилась беда. Он ждал тебя сегодня вечером с отчетом в своем кабинете, и, когда ты не появился, он чуть не наделал в штаны. Обязательно доложи завтра до обеда. Понял?
– Я попытаюсь.
– Не только попытайся, но и постарайся. Мы здесь очень нервничаем.
– «Таймс» все еще ищет ветра в поле, не так ли?
– Меня сейчас не так беспокоит «Таймс», как ты и девушка.
– С нами все в порядке. Все очень мило. Что еще у тебя есть?
– Тебе трижды за последние два часа звонил человек по имени Клив. Говорит, что он полицейский. Ты его знаешь?
– Да.
– Так вот, он хочет поговорить с тобой сегодня вечером. Говорит, что это срочно.
– Я позвоню ему потом.
– О’кей. Смотрите, ребята, будьте осторожны. Мы задержимся в редакции допоздна, так что звони, чтобы мы не волновались.
Грэй положил трубку и посмотрел в свои записи. Время приближалось к семи.
– Я отправляюсь к миссис Морган, а вы оставайтесь здесь.
Она села среди подушек и сложила руки на коленях.
– Я бы тоже поехала.
– А вдруг они следят за домом? – спросил он.
– Зачем им следить за его домом? Он мертв.
– Возможно, они заподозрили что-то в связи с появлением загадочного «клиента», разыскивающего Моргана. Хоть он и мертв, но он привлекает к себе внимание.
Она подумала над этим с минуту.
– Нет. Я еду.
– Это слишком рискованно, Дарби.
– Не рассказывайте мне про риск. Я хожу по минному полю двенадцать дней. И это, оказывается, легко.
Он ждал ее у двери.
– Кстати, где я ночую сегодня?
– В отеле «Джефферсон».
– У вас есть его телефон?
– А как вы думаете?
– Вопрос снимается.
