Они стояли у обочины в два пятнадцать, когда красная "мазда" остановилась на узкой подъездной дорожке.
- Вот она, - сказал Грей и вышел из машины. Дарби осталась сидеть.
Он догнал Джудит возле парадных ступеней. Она оказалась весьма дружелюбной. Они поболтали, он показал ей фотографию, она несколько секунд смотрела на нее и начала качать головой. Вскоре он был в машине.
- Ноль - шесть, - сказал он.
- Остается Эдвард Линни. Это, наверное, наш лучший шанс, потому что он работал там клерком два лета.
Они нашли телефон-автомат в магазине, торгующем мелочами, через несколько кварталов, и Грей набрал номер Линни. Никто не отвечал. Он бросил трубку и сел в машину.
- Его не было дома сегодня утром в десять, и сейчас его тоже нет.
- Он может быть на занятиях, - сказала Дарби. - Нам нужен его график. Тебе следовало взять его вместе с остальными.
- Почему ты этого не предложила тогда?
- Кто здесь следователь? Кто знаменитый следователь-репортер из "Вашингтон пост"? Я лишь скромная бывшая студентка-юрист, сидящая здесь на переднем сиденье и с восторгом наблюдающая, как ты действуешь.
"Как насчет заднего сиденья?" - чуть было не вырвалось у него.
- Что ж, как тебе угодно. Куда теперь?
- Обратно к юридическому факультету, - сказала она. - Я буду ждать в машине, пока ты сходишь туда и возьмешь расписание занятии Линни.
- Слушаюсь, мэм.
Уже другой студент сидел за столом в кабинете регистратора. Грей попросил расписание занятий Эдварда Линни, и студент пошел искать регистратора. Через пять минут из-за угла медленно вышла регистратор и пристально посмотрела на него.
Он блеснул улыбкой.
- Привет! Помните меня? Грей Грентэм из "Пост". Мне нужно еще одно расписание занятий.
- Декан запретил давать.
- Мне показалось, что декана нет в городе.
- Да. Его помощник не разрешает. Больше никаких расписаний занятий вы не получите. Вы уже доставили мне много неприятностей.
- Не понимаю. Я ведь не прошу личных дел.
- Помощник декана запрещает.
- Где помощник декана?
- Он занят.
- Я подожду. Где его кабинет?
- Он будет долго занят.
- Тогда я буду долго ждать.
Она стояла как вкопанная, сложив руки.
- Он больше не разрешит вам брать расписания занятий. Наши студенты имеют право на неразглашение их частной жизни.
- Безусловно. Я причинил вам какие-нибудь неприятности?
- Да, моту сказать какие.
- Будьте добры.
В это время студент-клерк зашел за угол и скрылся.
- Кто-то из студентов, с которыми вы разговаривали сегодня утром, позвонил в фирму "Уайт и Блазевич", те позвонили помощнику декана, а помощник декана позвонил мне и сказал, чтобы никаких графиков занятий репортерам больше не давали.
- А какое им дело?
- Определенное. У нас давние связи с "Уайт и Блазевич". Они нанимают много наших студентов.
Грей напустил на себя вид жалкого и беспомощного человека.
- Я только хотел найти Эдварда Линни. Клянусь, у него не будет никаких неприятностей. Просто мне нужно задать ему несколько вопросов.
Она почуяла запах победы. Ей удалось отразить натиск репортера из "Пост", и она была весьма горда этим. Теперь можно швырнуть ему кость.
- Мистер Линни больше не учится здесь. Это все, что я могу вам сказать.
Поблагодарив, он ретировался к двери, пробормотав "спасибо".
Уже почти дойдя до машины, он услышал, как кто-то окликает его по имени. Это был студент из кабинета регистратора.
- Мистер Грентэм, - сказал он, подбегая, - я знаю Эдварда. Он, похоже, на какое-то время бросил факультет. Личные проблемы.
- А где он?
- Родители определили его в частный госпиталь. Ему делают детоксикацию.
- Где это?
- Сильвер Спринт. Госпиталь Парклэйн.
- Давно он там?
- Около месяца.
Грентэм пожал ему руку.
- Спасибо. Я никому не скажу, что вы мне рассказали.
- Надеюсь, у него не будет неприятностей?
- Нет. Обещаю вам.
Машина остановилась возле банка. Вскоре Дарби вышла, неся с собой пятнадцать тысяч наличными. Ее пугало то, что она несет деньги. Ее пугал Линни. "Уайт и Блазевич" тоже вдруг стала казаться ей опасной.
Парклэйн был центром детоксикации для богатых и для тех, у кого дорогая страховка. Это было небольшое здание, окруженное деревьями, в полумиле от автомагистрали. Здесь, пожалуй, будет нелегко.
Грей вошел в вестибюль первым и спросил у дежурной на" приеме, как можно увидеть Эдварда Линни.
- Он наш пациент, - довольно официально ответила она.
Он пустил в ход свою обаятельную улыбку.
- Да. Я это знаю. На юридическом факультете мне сказали, что он пациент. В какой он палате? '
В это время в вестибюль вошла Дарби, направилась к фонтанчику и стала медленно пить.
- Он в палате номер 22, но к нему нельзя.
- На юридическом факультете мне сказали, что я могу его видеть.
- А кто вы, собственно, такой?
Вид у него был очень дружелюбный.
- Грей Грентэм из "Вашингтон пост". На юридическом факультете мне разрешили задать ему пару вопросов.
- Очень жаль, что они так распорядились. Видите, ли, мистер Грентэм, в их обязанности входит юридический факультет, а в наши - этот госпиталь.
Дарби взяла журнал и устроилась на диване. Очаровательная улыбка Грея медленно таяла.
- Понятно, - сказал он, все еще учтиво. - Могу я видеть администратора?
- Зачем?
