В кармане у него на всякий случай были две фотографии и список фирм, размещавшихся в этом здании, которые он выписал из телефонного справочника. Список был длинный. В здании было двенадцать этажей, набитых фирмами, которые были набиты не чем иным, как этими маленькими чопорными эсквайрами. Он находился в гадючнике.
К девяти тридцати час пик кончился, и некоторые из этих лиц, которые уже казались знакомыми, ехали на эскалаторах назад, направляясь, вне сомнения, в залы судебных заседаний, агентства и следственные комиссии. Крофт осторожно вышел через вращающиеся двери и вытер ноги о тротуар.
На расстоянии четырех кварталов Флетчер Коул расхаживал перед столом Президента и внимательно вслушивался в телефонную трубку. Он замер, затем закрыл глаза, затем посмотрел на Президента, как бы говоря: "Плохие новости, шеф. Действительно, плохие новости". Президент держал какое-то письмо и вглядывался в Коула поверх очков для чтения. То, что Коул ходил взад-вперед как фюрер, сильно его раздражало, и он пометил у себя в памяти, что нужно будет ему кое-что сказать по этому поводу.
Коул с грохотом швырнул телефонную трубку.
- Оставь в покое чертовы телефоны! - сказал Президент.
На Коула это не произвело никакого впечатления.
- Извините. Это был Зикман. Грей Грентэм позвонил ему тридцать минут назад и спросил, знаком ли он с делом о пеликанах.
- Замечательно. Превосходно. Как он получил копию этого дела?
Коул продолжал расхаживать.
- Зикман ничего о нем не знает, так что его неведение было неподдельным.
- Его неведение всегда неподдельно. Он самая тупая задница в моей команде, Флетчер, и я хочу, чтобы мы от него избавились.
- Как скажете, - Коул уселся в кресло по другую сторону стола и сложил ладони шалашиком, упираясь пальцами в подбородок. Он глубоко погрузился в раздумья, и Президент старался его не замечать. Некоторое время они размышляли.
- Утечка у Войлса? - наконец спросил Президент.
- Может быть, если это вообще утечка. Грентэм знаменит своим блефом. Мы не можем быть полностью уверены, что у него есть дело. Может быть, он только слышал о нем и сейчас просто пытается что-нибудь выудить.
- Может быть, задница ты моя. А что будет, если они раскрутят всю историю с этой чертовой штукой? Что тогда? - Президент хлопнул ладонью по столу и вскочил на ноги. - Что тогда, Флетчер? Эта газета меня ненавидит. - Он безучастно подошел к окну.
- Они не могут предать это дело огласке, не имея еще одного источника, а второго источника и не может быть, потому что для дела нет никаких истинных фактов. Эта дикая мысль зашла дальше, чем заслуживает.
Некоторое время Президент угрюмо молчал и глядел в окно.
- Как Грентэм узнал об этом'
Коул встал и начал расхаживать, на этот раз намного медленнее. Он все еще был в мучительных раздумьях.
- Кто знает. Кроме вас и меня здесь никто о деле не знает. Они принесли одну копию, и я запер ее в своем офисе. Я собственноручно снял одну ксерокопию и передал ее Гмински. Я заставил его поклясться в неразглашении.
Президент, глядя в окно, презрительно усмехнулся.
Коул продолжал:
- Хорошо, вы правы. Сейчас повсюду могут быть сотни копий. Но само по себе это не представляет опасности, если, конечно, наш друг не делал всего этого, а если делал, то...
- То мою задницу поджарят.
- Да, я бы сказал, наши задницы поджарят.
- Сколько денег мы получили?
- Миллионы, напрямую и косвенно. - И легально, и нелегально, но Президенту об этих операциях было мало известно, и Коул предпочел это замолчать.
Президент медленно подошел к дивану.
- Почему бы тебе не позвонить Грентэму? Просвети его мозги. Посмотри, что он знает. Если он блефует, это будет очевидно. Как ты думаешь?
- Не знаю.
- Ты ведь говорил с ним раньше? Грентэма все знают.
Теперь Коул расхаживал позади дивана.
- Да, я говорил с ним. Но если я сейчас ни с того, ни с сего позвоню, он начнет подозревать.
- Да, я думаю, ты прав, - Президент присел на один край дивана, а Коул на другой.
- А что может произойти дальше? - наконец спросил Президент.
- В дело может быть втянут наш друг. Вы попросили Войлса замять дело. Наш друг может появиться в прессе, тогда Войлс поджимает хвост и говорит, что вы приказали ему следить за другими подозреваемыми и игнорировать нашего друга. "Пост" неистовствует и еще раз поливает нас грязью. И мы можем забыть про перевыборы.
- Что-нибудь еще?
Коул секунду подумал.
- Да, все это чепуха и не стоит выеденного яйца. Это дело - фантазия. Грентэм ничего не найдет, а я опаздываю на рабочее совещание. - Он направился к двери. - У меня партия в сквош в обед. Буду в час.
Президент посмотрел на закрывающуюся дверь и вздохнул с облегчением. На обед у него была запланирована партия с восемнадцатью лунками, так что забыть к черту эту историю с пеликанами. Если Коул не волнуется, то и ему нечего тревожиться.
