Последний раз Шейла приезжала сюда из Сан-Франциско в мае, девять месяцев назад. Она по-прежнему прилетала на остров так часто, как получалось, ей всё ещё нравилось нырять в этих водах с высокими лесами ламинарий, затонувшими суднами и разбившимися самолётами, но в этот раз у неё не будет столько свободного времени. Неприятным напоминанием потянуло в боку. Неважно насколько чиста вода и обильна подводная жизнь, она не смогла бы поплавать или понырять, даже будь погода менее зловещей. Шейла открыла жалюзи, оставила открытой дверь, чтобы проветрить коттедж, и покатила чемодан по кафельному полу к короткой лестнице. Она взяла с собой не много вещей, но всё равно успела катастрофически ослабнуть, пока тащила чемодан от проспекта Полумесяца до Кларисс-авеню. Шейла оставила чемодан на нижней ступеньке и, зайдя в маленькую гостевую уборную, задрала водолазку, осмотрев аккуратную белую повязку на животе. Она выглядела надёжно закреплённой, без кровавых подтёков, так что… Похоже, обошлось без лишних повреждений. Шейла опустила водолазку. Женщина в зеркале – длинные светлые волосы, зелёно-серые глаза – скривилась.
И опять тот же меч, что и два года назад. Понятное дело, в тот раз её всего-то подозревали в краже. И никто не пытался зарезать. Пытался? Это была не просто попытка, хотя и не смертельная рана, которую планировала нанести Эфа Шрайдер. Шейле повезло выжить и не выйти из строя навсегда. Всего на несколько сантиметров повезло, как сказали доктора. Не удивительно, что она чувствовала, что ей есть над чем поразмыслить. Нет, она не лишилась самообладания, как, вероятно, подумала Шери, но было такое чувство… В общем, с того события двухлетней давности она не ощущала такого разочарования. И это было странно, потому что опыт балансирования на краю смерти должен был произвести противоположный эффект. И Шейла была благодарна и чертовски рада тому, что осталась живой и целой. Но потом навалилась эта странная депрессия. Она не знала из-за чего. Не было никаких предпосылок. У неё имелась любимая работа, куда она вскоре должна была вернуться, превосходный дом, загородный коттедж, любящая семья, друзья, поддерживающие её. Но чем дальше, тем отчётливее она понимала – что-то не так. Нет, будто она что-то упустила.
Возможно – скорее наверняка – это простая реакция на то, что она едва не погибла. Это нормально. Вполне ожидаемо.
Девушки, поймавшие пулю, проходили через то же самое.
Правда, ножевой удар от воровки антиквариата накладывал на ситуацию оттенок абсурда. Как и… то, что она до конца жизни останется объектом острот про неудачное фехтование, во всяком случае до конца своей карьеры точно. Ну и что с того? Она вполне в состоянии пошутить в ответ. На самом деле, она сама является автором большинства из этих шуток.
