Мат, который Слава за последние годы научил себя сдерживать, так и рвётся с языка, но застревает в горле, когда сжатый кулак накрывает и чуть сжимает горячая ладонь. От этого простого действия сжатая внутри пружина ослабевает, позволяя немного расслабиться и разжать кулаки.
— Он сказал, что он мой отец, — спустя некоторое время наконец-то шепчет Слава.
— И ты ему веришь? — спокойно уточняет Демид вместо того чтобы переспросить, давая тем самым понять, что в лесу он слышал слова Германа.
— Не знаю. Я о своём отце вообще ничего не знаю. Даже имени, — Слава невесело усмехается, рассматривая потолок над головой. — В детстве я спрашивал у матери. Пытался узнать хоть что-то, но единственное чего от неё добился, что он мудак. Помню, я на неё тогда очень обиделся, а потом увидел, как она плачет. Больше мы с ней о нём не говорили.
— И ты хочешь поговорить о нём сейчас, — Демид не спрашивает, просто констатирует факт.
Ответа не требуется, и Слава молчит, рассматривая спокойный сосредоточенный профиль. Поговорить с матерью ему так или иначе придётся, как и добраться до Германа.
— Да, — всё-таки отзывается Слава, нарушая установившуюся в салоне тишину. — Пожалуй, пришло время для этого разговора.
Первый телефонный звонок застаёт их за обедом в придорожной забегаловке, где Аня с аппетитом вгрызается в куриную ножку. Выходя наружу, Слава мысленно прощается с неплохой на вид котлетой, на которую положила глаз дочь, и посмеивается. Вот только улыбка исчезает, стоит только принять вызов.
—
«Не успели…»
Слава раздосадовано прикусывает губу, не позволяя себе думать о том, что иначе и быть не могло. Не позволяя себе отчаиваться.
«Куда они могут поехать?»
Какая-то мысль зудит в голове, будто маленькая рыбёшка, плавая где-то совсем рядом, но никак не даваясь в руки.
— Подожди секунду, — просит он, сдавливая пальцами переносицу и пытаясь игнорировать окружающий шум.
«Ну же, думай. Вспоминай!»
Из кафе наружу вываливается компания, и Слава спешит отступить, едва не прижимаясь спиной к большому окну.
— Поторопитесь, вдруг без нас уедут? — обеспокоенно требует какая-то девчонка, и Слава оборачивается, отслеживая её взгляд до белого микроавтобуса.
— Не уедет, куда ж он без нас? — отзывается парень, закидывая ей руку на плечи и утягивая дальше. — Всё проплачено.
— Нам сказали, что стоянка двадцать минут и время почти истекло! — заявляет девчонка и, вынырнув из-под руки, припускает к микроавтобусу.
— Лучше бы на машине поехали… — ворчит третий.
— Так и спросил бы у отца. Доехали бы нормально. Ты же говорил, что она всё равно вечно в гараже стоит.
Слава рассеянно наблюдает за тем, как парни припускают к пискнувшему сигналом микроавтобусу. Что-то в подслушанном разговоре цепляет его, а потом в голове словно щёлкает.
«Гараж!»
— Сабин, ты ещё там?
—
— Скорее вспомнил. Богдан говорил, что у них есть гараж.
— Сабин, ну пожалуйста? Пожалуйста, а? — Слава подпускает в голос больше просительных ноток. Сейчас он готов перед ней стелиться.
Из-за Германа, которого можно было попробовать там прижать, из-за Богдана, который остался с ними. Укушенный против двух охотников.
«Он не тронет собственного сына» — успокаивает себя Слава, но рука невольно тянется к прорехе на плече и пластырю под ней.
«Ты мой сын» — снова звучат в голове слова Германа.
«Не тронет же?..»
Внезапный порыв ветра бросает в лицо пригоршню пыли заставляя зажмуриться и растереть глаза.
— А? Да, прости, задумался. Ты что-то говорила?
— Богдан говорил, что гаражи в их районе остались только в одном месте. Так что посмотри по карте. Не думаю, что они сильно далеко от дома.
— У меня тут кое-какие дела. Потом я рвану к вам. Обещаю. Но сначала мне нужно закончить здесь.
—
Стоит только засунуть мобильник в карман, как из дверей выбегает Аня и несётся к нему на всех парах. Слава едва успевает её перехватить: подхватывая на руки и поднимая, отчего схваченная за лапу игрушка, описав дугу, едва не прилетает ему по голове.
— Я, конечно, уже распрощался с котлетой, но наивно полагал, что хоть что-то успею в себя закинуть, — ворчит он, отстраняясь от довольного сопения в ухо. Аня подобно обезьянке обвила его руками и ногами, и слезать, похоже, даже не думает.
— Поехали, поехали к бабушке, — начинает ныть Аня, вызывая тяжёлый вздох и понимание, что обратно в кафе он не вернётся.
