–Это ошибка, – торопливым визгливым голосом забубнил Агейкин, – мы никого не убивали!
–Ты ответишь за гнилой базар, крыса, – внушительно произнёс Бакалдин.
–Оставь свои дурацкое жужжание для такой же шпаны, как и ты, – прикрикнул на него Малгов, – не виноваты – отпустим, но тебя теперь уже только через пятнадцать суток. Продолжайте, Сергей Степанович.
–Всё правильно я говорю, обоснованно, – с нажимом продолжил Бруталов, – лично я ничего не знал, но, как оказалось, покойный Супримов вместе с этими гражданами занимался незаконным бизнесом. Агейкин владеет несколькими игровыми автоматами и Супримов, договорившись с Агейкиным, эти аппараты переправил сюда, в областной центр, и устроил подпольный зал игровых автоматов. Но Агейкин не поверил Супримову, в финансовом смысле, и решил его проверить. Вместе со своим телохранителем они приехали на машине и стали следить за Супримовым. Быстро вычислили, где находятся их автоматы, подсчитали количество человек, посещающих подпольное казино, и поняли, что Супримов их обманывает. Затем они установили, что Супримов ночует у своей любовницы, Майнер Раисы Уфимовны и убили их обоих. После этого они немедленно вернулись в Малые Монахи, где Агейкин побывал у друга на дне рождения в ресторане. Я думаю, этим он пытался обеспечить себе алиби, так как в ресторане напился и приставал к женщинам, что и было записано в милицейском протоколе. Наряд вызвали несколько человек, после разбирательств всех отпустили, но Агейкин и Бакалдин провели ночь в камере.
–Бакалдин тоже напился? – уточнил прокурор.
–Нет, но он приставал к женщинам. В этом нет никакого смысла, значит, он старался обеспечить себе алиби.
–В чём нет никакого смысла?
–Приставать к женщинам трезвым.
–Приставать к женщинам не имеет смысла только в том случае, если ты импотент, – насмешливо прокомментировала Алина, – вдруг какая-нибудь согласится.
–Бакалдин, ты импотент? – обратился Малгов к телохранителю.
–Ещё ни одна шмара не жаловалась.
–А зачем тогда трезвым приставал? Если трезвый, то надо взять водочки, или шампанского для твоего контингента, – неожиданно проявил познания прокурор, – никогда не поверю, что ты профан в таком деле.
–Я не приставал, – после некоторой паузы, хмуро ответил Бакалдин, – я для Игоря Игоревича старался. Всё равно он бы скоро уснул и, чтобы прекратить скандал, я пытался хоть кого-то уговорить мне подыграть. Я так уже делал раньше.
–Что значит, делал? – взвился Агейкин, – На что ты намекаешь?
–Я не намекаю, я прямо говорю. Когда Вы напьётесь, то начинаете ко всем приставать и пару раз согласившиеся дамочки были сильно раздражены Вашим храпом без всякого этого, ну, понимаете…– замялся телохранитель.
–Без секса, – подсказал Овсов.
–Да, без него, – продолжил Бакалдин, – мне пришлось им прилично башлять, чтобы они держали язык за зубами. После этого, как только Вы начинали распускать любовные сопли, я старался договориться, чтобы какая-нибудь дамочка сделала вид, что согласна.
–Получалось? – поинтересовался Малгов.
–Да, даже появилась одна, которая за очень небольшие деньги могла быстренько приехать и позажиматься с пьяным боссом, пока он не уснёт.
–А если бы не уснул? – уточнил прокурор.
–Пришлось бы платить больше, – вздохнул телохранитель.
–Ну и что ж ты в тот раз ей не позвонил?
–Не дозвонился, только время потерял.
–Михаил Олегович, – взмолился зампрокурора, – ну о чём мы говорим? Какая к чёрту разница, как пьёт и спит этот проходимец? К чему эти длинные пустые разговоры? Давайте ближе к главному.
–Очень большая разница, – вместо прокурора ответил Овсов, – если бы Агейкин и Бакалдин пытались организовать себе алиби, то не смогли бы ответить на эти вопросы. Бакалдин рассказывает о своей жизни. Ни один преступник до такого додуматься не сможет. Чтобы свою сущность превратить в алиби. В лучшем случае происходит одноразовое действие – напился и подрался.
–А ведь я считал тебя своим другом, а ты, – горько заметил зампрокурора.
–Главное, кем считает тебя Мышкина, – ответил ему капитан милиции, – ты думаешь, почему она стала твоей любовницей? Потому, что ты мужской идеал? Вряд ли. Скорее, чтобы ты её тёмные делишки в случае чего смог от правосудия защитить.
–До Мышкиной мы ещё дойдём, – усмехнулся Малгов и обратился к Агейкину, – где вы оба находились в ночь на двадцать пятое сентября?
–А это когда? – лоб Агейкина напрягся.
–Если верить Бруталову, то на следующий день вы загремели в милицию в Малых Монахах, – подсказала Алина.
–Так это! – обрадовано вскинулся владелец незаконного бизнеса, – Я до утра проводил переговоры с деловыми партнёрами.
–Кто-то может это подтвердить? – прокурор нашёл в небольшой кучке бумаг на столе чистый лист, вытянул карандаш из подставки и махнул рукой Бруталову, – Дай ему, пусть запишет все фамилии и телефоны.
–Только это, – Агейкин смутился, – ну, в общем…
–Говори быстрее, – поторопил его Малгов, – твой десятилетний срок уже почти напечатан в обвинительном заключении.
–Мы очень быстро обо всём договорились. Всю остальную ночь играли в карты.
–На деньги, что ли?
–Да, – совсем тихо подтвердил Агейкин.
