— Если б вы взглянули на нее, я был бы вам очень благодарен, — сказал Тревору шериф. — Опознания ведь еще не было.
— Я готов.
— Но имейте в виду, зрелище не из приятных. Труп пролежал в воде несколько месяцев.
— Ладно, хватит разговоров, покажите мне ее.
Шериф откинул одеяло и осветил лицо — если это можно было назвать лицом; покрытое кровоподтеками, распухшее, изуродованное, оно изменилось до неузнаваемости. Я почувствовал, как у меня от жалости и гнева наворачиваются на глаза слезы. Все молчали.
— Это Феба, — сказал Тревор. Взгляд у него был застывший, лицо мертвенно-бледное. Он беспомощно осмотрелся по сторонам, покачнулся, словно почва уходила у него из-под ног, и повалился на колени рядом с носилками. Сначала мне показалось, что он молится, однако голова его опускалась все ниже и ниже, и вскоре он ничком рухнул на землю.
А потом перевернулся на спину, запрокинутое лицо посинело, рот ощерился. Я встал рядом с ним на колени, распустил его галстук и расстегнул воротничок рубашки.
— Дигиталис, — задыхаясь, с трудом проговорил он. — В правом кармане пиджака.
Я достал лекарство, дал ему таблетку и спрятал пузырек обратно.
— Спасибо, — прохрипел Тревор, не разжимая зубов. — Плохо. Кислород.
— Я положил руку ему на грудь, сердце билось глухо и тяжело. Редкие, зловещие удары. Шериф с отвисшей челюстью нагнулся над ним:
— Сердечный приступ?
— Да. Напрасно я его сюда привез.
— Ничего, я сейчас отвезу его в Терранову, там есть больница. Все равно сегодня мы автомобиль уже вряд ли вытащим.
Шериф подогнал свою машину к тому месту, где лежал Тревор, и мы перенесли больного на сиденье. Болевой приступ, вероятней всего, прошел, и теперь Тревор как-то вдруг ослабел, весь обмяк.
— Желаю удачи, — сказал я ему.
Тревор кивнул и выдавил из себя улыбку. Машина уехала.
А я вернулся на площадку. Помощник шерифа по-прежнему стоял на подножке грузовика и шарил фонарем по воде. На поверхности моря опять возникла тюленья голова спасателя. Помощник шерифа посветил ему фонарем и стал делать какие-то знаки.
Мужчина в комбинезоне, надетом поверх красной рубахи, залез в кабину грузовика и завел мотор. Кабель стал медленно наматываться на лебедку, и вскоре, держась за стальную петлю, водолаз, словно космонавт в невесомости, поднялся по отвесной скале на площадку. Когда он ступил на землю, раздались аплодисменты.
Без маски ему было от силы лет восемнадцать-девятнадцать, и похож он был на Бобби Донкастера: такой же статный, с широкими плечами, казавшимися еще шире из-за плотного резинового костюма. На спине у него висел акваланг, а на поясе — холщовый мешок, длинный нож в ножнах и небольшой лом.
Мужчина в комбинезоне вылез из кабины и помог спасателю снять акваланг и все остальное.
— Ну что, наглотался воды? — весело спросил он парня.
— Да нет, отец, не сказал бы.
И действительно, дышал водолаз ровно и, судя по всему, не замерз. Он снял ласты и прошелся взад-вперед, разминая затекшие ступни.
— Ты багажник открыл, Сэм? — прервал его зарядку помощник шерифа.
— Ага. Но там были только инструменты. Я их и вытаскивать не стал.
— А регистрационный талон под стеклом видел?
— Нет, так и не смог найти. Впрочем, это ведь ничего не значит. Волной, видать, смыло. Под водой ведь волнение сильное.
— Зеленый «фольксваген»? — спросил я.
— Был когда-то. Я ж говорю, у подножья скалы волны сильные, вся краска сошла.
— Тело ты вытащил?
— Да, сэр. — Лицо Сэма сразу сделалось серьезным.
— Она сидела спереди или сзади?
— Сзади. Лежала на полу между передним и задним сиденьями. Пришлось ее из песка откапывать. Вся машина в песке.
— А во что она была одета, не заметил?
— Ни во что, — ответил за юношу помощник шерифа. — В одеяло завернута. А вам, собственно, какое дело, мистер?
— Я — частный сыщик и уже довольно давно ищу эту девушку. Приехал я сюда с ее дядей, Карлом Тревором. Можно тебе задать еще несколько вопросов, Сэм? — обратился я опять к водолазу.
Сэм не возражал, но тут вмешался его отец:
— Пусть хотя бы сначала переоденется.
Он помог сыну стянуть резиновый костюм, под которым было шерстяное белье, и принес ему из кабины грузовика джинсы и свитер, после чего Сэм из отважного спасателя сразу же превратился в обыкновенного парня. Собравшиеся стали расходиться по машинам. Я пошел за помощником шерифа.
— Свидетели этой аварии есть? — спросил я у него.
— Непосредственных нет, — ответил помощник шерифа и угрюмо добавил: — И никакая это не авария.
— Да, знаю. А косвенные?
— Джек Гейли и его сын говорят, что вроде бы в тот вечер по городу проезжал зеленый «фольксваген». Да что толку? Этих зеленых «фольксвагенов» полно.
— А где они его видели?
— Машина проехала по шоссе через Медсин-Стоун. Было это пару месяцев назад, где-то около полуночи. Отец с сыном как раз закрывали на ночь свой гараж, когда мимо в «фольксвагене» проехал этот парень. Самое интересное, что и отец и сын знают его в лицо. Сэм говорит, что он даже поприветствовал водителя, но тот проехал мимо — еще бы, стал бы он останавливаться, раз у него на заднем сиденье труп лежал.
— Кто он?
