Если ребенок хочет рисовать, надо, конечно, всячески поддержать его стремление, постараться добыть ему цветные карандаши, краски и, если стремление к изобразительному искусству будет крепнуть, дать возможность расширить представление о нем. Можно приобрести недорогие репродукции с хороших картин, сходить вместе в музей, картинную галерею, достать популярные книжки о больших художниках. Не надо препятствовать занятиям ребят в кружках - драматическом или музыкальном,- если у детей рождается такая потребность. Но как часто сбивают ребят с нормального и правильного пути те мамаши, которые в присутствии самих ребят начинают безмерно восторгаться малейшими проявлениями той или иной способности в детях.
- Ах, вы не можете представить, как моя Наденька дивно выступала на школьном вечере. Она имела огромный успех. Все находят у нее огромные способности. Я думаю, что ее прямая дорога - на сцену...
И вот бедная Наденька, веря своей восторженной мамаше, уже видит себя в будущем актрисой, считает, что она уже чем-то особенным выделяется из среды подруг... Пока на первом же приемном экзамене в театральную студию не выясняется, что никаких данных для того, чтобы посвятить свою жизнь театру, у нее нет...
И долгие годы еще будет в душе Наденьки жить эта обида, и, если она не справится с недобрыми чувствами, порождаемыми неудачей, на всю жизнь сохранится у нее глухая неприязнь к искусству...
У нас в стране перед подрастающим поколением открыты самые широкие возможности для выявления и развития природных способностей, для формирования художественного вкуса. В домах пионеров, в школах, в летних лагерях постоянно действуют отлично слаженные коллективы детской художественной самодеятельности, работают студии юных художников, создаются ребячьи хоры и оркестры, устраиваются самодеятельные спектакли. Там, где работа поставлена правильно, где руководители вдумчиво помогают ребятам почувствовать радость от соприкосновения с искусством, ребята начинают понимать, что такое истинная красота в жизни и в художественном произведении.
Но надо, чтобы и дома, в семье, ребята видели, что старшие тянутся к хорошей книге, музыке, театру; дети должны постоянно чувствовать, что окружающие их взрослые живут широким кругом жизненных интересов, что у них в доме относятся нетерпимо ко всякому проявлению мещанства, грубости, моральной нечистоплотности. Надо, чтобы пошлая мишура старого, мещанского быта, обывательское стремление чем-то перещеголять соседей не коснулись юной души, всегда стремящейся к прекрасному.
В стране, где победил социализм и уже встают за недалекими горизонтами времени ясно различимые контуры коммунизма, дети, подростки видят в самой жизни волнующие примеры гармонического слияния труда и творчества, мечты и реальности, силы и красоты, высоконравственного и прекрасного.
Пусть же в нашей семье, в нашей советской школе, в домах пионеров и во дворцах культуры с малых лет учат правильно постигать прекрасное, верно чувствовать красоту - это всем будет нужно в жизни, чтобы почувствовать себя совершенно счастливыми...
Вкус формируется, выправляется, крепнет и развивается с годами. Только очень легкомысленные молодые люди полагают, что личный вкус можно выработать у зеркала или при разглядывании журналов мод. Для того чтобы воспитать в себе и в других верный вкус, нужны известные усилия, этим надо заниматься. Хороший вкус, как и всяхгая культура, сам по себе не приходит. Я частенько слышал от юношей и девушек: "Ну что делать, если я не понимаю серьезной музыки? Придешь на концерт, начинает оркестр пилить, а ты чувствуешь вот-вот носом клюнешь!.."
Далеко не всякий способен сразу полюбить серьезную музыку. Понимание ее приходит постепенно. И начинать надо с наиболее доходчивой. Не всегда правильно подходят еще к такому тонкому делу, как развитие музыкального вкуса у детей. Поведут, например, школьников младших классов слушать органный концерт Баха или симфонию Прокофьева. Конечно, неразвитому слуху, неподготовленному воспринимать такие сложные произведения трудно.
Лучше, как мне кажется, начинать с наиболее популярных произведений русской и зарубежной классики. А затем уже могучая власть музыки сама подчинит себе каждого, кто доверился ей. И вскоре уже возникнет прочная, неодолимая потребность хотя бы время от времени слушать большую музыку, наслаждаться гармоничностью и изяществом Моцарта, титаническим величием Бетховена, трепетной человечностью Чайковского, глубочайшей народной мудростью и мощным трагизмом Мусоргского, своеобразной грациозностью логики Прокофьева.
Но обо всем этом надо говорить с молодежью, говорить, начиная со школьной скамьи. В классе, например, достаточно много толкуют о социальном звучании того или иного произведения литературы, но очень мало раскрывают красоту творений художника слова и уж совсем недостаточно знакомят школьников с произведениями живописи, музыки, с деятельностью театров, чтобы подготовить молодежь к восприятию прэкрасного.
